Курильские острова - 31

27 июля

Как ни странно, теплоход «Норильск» пришел точно по расписанию. Нас провожают ребята-геофизики с цунами-станции и старший лейтенант-пограничник Валера, на дне рождения которого я рассказал множество анекдотов, чем совершенно расположил его к себе. Теплоход полон, и на пирсе огромная толпа желающих уехать на материк. Благодаря расторопности ребят с цунами-станции и связям Валеры нам удается не только попасть на борт теплохода, но даже и раздобыть места в каюте, правда в третьем классе. Этим рейсом на материк с рыбокомбината отправляют человек тридцать девиц из вербованных, которых уволили по сорок седьмой статье КЗоТ[1] (за пьянство, аморалку и невыход на работу), — «сайровые сливки», как их тут все называют. Не представляю, какие надобны пьянство (при сухом-то законе!) и аморалка, чтобы за это выгнали даже отсюда — при острейшем дефиците рабочей силы, в самый разгар путины. «Сливки» весело прощаются с островом, подругами и многочисленными своими ухажерами со слезами, смехом, матом, припевками и приплясками.

Маршрут нашего теплохода довольно причудлив: он пойдет вначале вдоль океанской стороны Итурупа, с севера обогнет этот остров, выйдет на его охотскую сторону, пройдет вдоль нее до Курильска, а затем повернет на Сахалин, к Корсакову, а уже оттуда пойдет до Владивостока. Вместе с нами в каюте проживают еще трое: художник Коля из Владивостока, весь какой-то поросший зеленым мхом древний дед с висячими казацкими усами, и рыбак с огромными, набрякшими, как у Вия, веками.

Ночь. Вышел на верхнюю палубу, битком набитую бескаютными пассажирами. В разрывах туч сквозь клочья тумана видны крупные яркие звезды. На носу теплохода «сайровые сливки» хлещут одеколон прямо из пузырьков.