Вызовы, боксики, торпеды

Вызовы, боксики, торпеды

Вертухай бьет в тормоза, называет фамилию и кричит:

«На вызов». Это значит: к адвокату, к следователю, к оперу – куда угодно. Время на подготовку – 15–20 минут. Нужно одеться, собрать, все материалы по делу, затарить то, что ребята передают с тобой – письмо на волю, номера телефонов, по которым просят позвонить через адвоката, малявы, которые можно передать напрямую при встрече в боксике с людьми из других корпусов.

Стараешься взять с собой побольше разных бумаг и записей. Вертухаи при шмоне не вникают в содержание твоих бумаг и среди них легче растусовать то, что необходимо пронести с собой. При выходе из хаты – шмон. Иногда поверхностный, иногда доскональный.

В зависимости от настроения вертухая. При выводе на вызов ищут обычно малявы, письма и т. п. При возвращении от адвоката шмон всегда более тщательный. Ищут деньги (в первую очередь), мелочи (шоколадки, витамины, хорошие сигареты, авторучки и т. п.). Здесь вертухаи шмонают на совесть, залезая даже в анус, так как все найденное «по праву» принадлежит им. Итак, после шмона при выходе из хаты ведут на следственный корпус. Там – больше десятка боксиков, в которых можно просидеть от получаса до 6–8 часов. Есть одноместные боксики-стаканы, есть те, в которые забивают по 20–30 человек вплотную друг к другу. Нигде – ни окон, ни вентиляции, ни туалета. Дышать вообще нечем. Летом это ад!!! Я сам несколько раз терял сознание в таких стаканах. Адвокаты ждут свободных кабинетов, или клеток (нововведение на «Матроске»…), а их всегда в два – четыре раза меньше, чем необходимо, а ты ждешь в своем стакане, когда адвокат получит место и вызовут тебя. Любой адвокат подтвердит, что нередко приходится ожидать от двух до четырех часов. Но это ерунда по сравнению с тем, сколько нужно ждать, пока тебя отведут в хату после адвоката (или следователя). Вертухаям лень водить небольшими группами (по 5–10 человек) на корпус. Ждут, пока наберемся команда человек в 15–20. Тогда сразу и ведут… Это ожидание может продлиться до 6–8 часов. Естественно, без туалета и практически без воздуха. О такой «мелочи», как еда, даже не вспоминают.

Если попадаешь в общий боксик, то есть возможность напрямую передать в другие хаты те малявы, которые принес с собой, обменяться новостями, узнать о новых слухах, прогонах, косяках и т. п. Впрочем, и через стаканы тоже можно отогнать (и получить) нужные малявы. Есть своя технология.

Если был вызов к следаку – все ясно. Он нападает, кричит, что «все доказано», что «запрессует» и т. д. и т. п. Ты, в зависимости от состояния и настроения, вяло (или активно) защищаешься… Если адвокат – другое дело. Выясняешь, что и как дома, читаешь письма (если адвокат принесет), передаешь свои и те, которые принес с собой. (Если адвокат согласится их взять.) Нормальный адвокат чувствует и понимает все. Он может принести с собой и бутерброд, и шоколадку, и витамины…

Но это если адвокат «свой», если ты доверяешь ему, а он – тебе. Это – необходимое условие. Все, что передает адвокат, – тщательно и весьма изобретательно затаривается. По понятным причинам я не могу описывать способы проноса в хату торпед и другого, но в 60–80 % удается протащить очень многое. Иногда специально «светишь» то, что заинтересует вертухая. Вертухай, получив свою добычу, успокаивается, и дальнейший шмон носит формальный характер. Некоторые просто сразу предпочитают отдать вертухаю его «долю» и вообще избавить себя от шмона. Мне лично больше нравится игра «найдет, – не найдет». Тьфу-тьфу (чтоб не сглазить), за полтора года я «прокололся» всего три – четыре раза. Почти рекорд!

Интересный, чисто психологический момент: при возвращении в хату возникает ощущение, что ты «дома». Даже дышать «легче» (по сравнению с боксиком). Тебя уже ждут. Рассказываешь об удачных перебросах, делишься новостями и т. п. Через какое-то время (2–4 часа) возбуждение после вызова проходит, все вновь «становится на свои места», ты вновь часть «броуновского движения», часть вечно живого агонизирующего организма твоей хаты.