Глава XXXVIII
Третий съезд Итальянской компартии[1]
Однажды приставленный ко мне агент остановил меня. Попросив извинения за беспокойство, он пожаловался:
— Знаете, меня уволили… — Вид у него был похоронный. — Мне оставалось только восемь месяцев до пенсии, к тому же я был на войне и получил там туберкулез. Они знали об этом и все же уволили меня. Это возмутительно! Что я буду теперь делать?
— Так… Очевидно, незачем было стараться, преследуя рабочих и делая себе карьеру. Как видите, чтобы не дать вам пенсии, вас выгнали вон.
Агент печально потряс головой.
— Я хотел попросить вас об одном одолжении: не сможете ли вы мне дать записочку к депутату До Сардо[2]? Это депутат от нашего города, и я хочу попросить его, чтобы он защитил меня от этой несправедливости.
— Очевидно, кроме отставки, вам еще хочется быть избитым? Ведь этот депутат — коммунист, и вы хотите теперь просить его защиты?
— Но он наш депутат, — упорно твердил опечаленный сыщик.
Взамен изгнанного агента ко мне приставили другого. Первые дни он весьма старался. Потом, изучив мои привычки, в то время достаточно регулярные, заявил мне:
— Послушайте, мне достаточно надоело сопровождать вас. Полагаю, и вам это тоже надоело. С завтрашнего дня я устраиваю себе каникулы.
Этот снисходительный шпик продержался при мне недолго: существовала особая инспекция для проверки работы агентов на местах.
Свободное копирование
