Корабль дураков - 9

Впрочем, это мое свойство — попадать в истории. У меня много знакомых в институте имени Бакулева. Одного из них, Марка Бердичевского, я сам туда пристроил работать. А было это так. Марк, приятель одного моего приятеля, стал приставать ко мне: — Мика, нас, евреев, никуда не берут на работу. Поговори с Бураковским. Может быть, он меня возьмет. Не люблю я эти вещи. Но он так долго и упорно ко мне приставал, что я поговорил с Володей. — Старик, не могу я его взять, — ответил академик. Марк от меня не отстает. В какой-то момент я просто взмолился: — Володя, возьми его! Иначе мне лучше повеситься. Хочешь, на колени встану? Володя смилостивился и взял Бердичевского на работу, в виварий. Потом мы его звали Доктор Собаков. Но на этом моей благотворительности в адрес Марка не суждено было закончиться. Однажды он мне звонит: — Мика, у меня дочка в университет поступала, не прошла по конкурсу, один балл не добрала. — Я тебе сочувствую. — Да нет, ты бы мне лучше помог. — Чем? — удивляюсь я. — Съезди к ректору. — Да я его не знаю. — Ну, он-то тебя знает. — Да брось ты, не поеду, — разозлился я. — Да он тебя ждет. Завтра в двенадцать. — Как? — Я уже договорился. Позвонил, сказал, что это ты звонишь. Я просто остолбенел. Но что делать? Я поехал. Поднимаюсь по лестнице, Марк за мной следом. Открываем дверь в приемную. Секретарша нас встречает, меня по имени-отчеству называет. И уже на пороге кабинета ректора (кажется, ректором МГУ был академик Рем Хохлов) Марк говорит: — Ты только не удивляйся, я ведь сказал, что это твоя дочь. Что ты ее бросил, когда ей не было года. И ее мать поставила условие, что ты с ней не будешь общаться. И вот сейчас для тебя это важно, важно помочь, потому что это твой первый контакт с девочкой. Он это говорит, а передо мной уже открывается дверь, и на пороге меня встречает ректор. — Проходите, проходите, Микаэл Леонович. Я все понимаю. Конечно, проблема трудная. Не знаю, смогу ли помочь, но все, что от меня зависит, сделаю. В ответ я не могу произнести ни слова. Только мычу как-то невразумительно. Ярость просто душила меня, когда я вышел из кабинета. — Ты что со мной делаешь?! — Ну не переживай, какая тебе разница? Трудно, что ли? Прошло недели две. От Марка ни слуху ни духу. Встречаю его в какой-то компании. — Ну, что с девочкой? — Что-что? Приняли! — А что ж ты даже не позвонил, не сказал? — Знаешь, старик, не думал я, что ты еще благодарности требовать будешь, — с обидой ответил мне Доктор Собаков.