6
Но однажды к нам в дверь постучалась совсем другая Америка: у меня заболел зуб.
И опять через весь Нью-Йорк в метро, а потом на автобусе я отправился на пятачок, где среди сверкания прожекторных ламп и шкафов с инструментами царил дантист, который с акцентом, с трудом, но еще говорил по-русски. Услышав мою безупречно чистую речь, он попросил меня заплатить вперед за осмотр и рентген, а затем вынес приговор: удалить восемь зубов и поставить два моста .
– А почему это, если болит один зуб, – вскинулся я, – нужно удалять восемь?!
– Потому что они мертвы, – скорбно сказал дантист.
– Но у меня никогда не болели зубы…
– Это беда всех эмигрантов. Перемена образа жизни, пищи, воды – стресс…
Научная дискуссия кончилась.
– А сколько все это будет стоить?
Щелкнул выключатель, и яркий свет, бивший мне в лицо, погас.
– Четыре тысячи восемьсот пятьдесят долларов, – отчеканил дантист, и в глазах у меня потемнело. Я как-то, знаете, не привык еще оперировать – тысячами. Ни в один из месяцев, что я прожил в эмиграции, мой заработок не поднимался до суммы в тысячу долларов.
– Доктор, вас устроит, если я внесу, скажем, пятьсот долларов, а остаток буду выплачивать сотни по три в месяц?
Дантист обиделся:
– Разве я требую у вас всю сумму сразу? Разумеется, я могу подождать: месяц, два. Но я не могу ждать год !
Свободное копирование
