Листая время - 83

Глава 3

 Закончив учебный год в школе. Юра устроился аккомпаниатором в секцию художественной гимнастики дворца пионеров в переулке Стопани.

 Он был молодой двадцатилетний парень. В секции занимались юные, ладно сложенные девушки, одетые в плотно обтягивающие фигуру трико, минимально прикрывающие их женские прелести. Юра шутил по этому поводу, что ему нужно доплачивать за вредность. Также в шутку можно сказать, что он получил компенсацию за такие условия работы в виде поездки в Чехословакию.

 В то время поездки за границу были редкостью, даже в страны, так называемого, социалистического лагеря. Сейчас это трудно понять, но тогда нельзя было пойти и купить путёвку в турпоездку за границу. В зарубежные страны можно было поехать только, если тебя включат в какую-то делегацию. Этот путь был открыт в основном для партийных и комсомольских работников или деятелей искусства и спорта.

 Заграничные поездки были привлекательны помимо познавательных целей, возможностью, в условиях постоянного советского дефицита, приобрести модную одежду, красивую обувь, радиотехнику и другие предметы ширпотреба. Правда, партия и советское правительство "позаботилось", чтобы люди не очень шиковали, им меняли на валюту мизерную сумму денег.

 Про ущербность советских туристов ходило много баек, подобных этой:

 Советская группа туристов, наглядевшись на разнообразие и богатство больших магазинов, где им всё было не по карману, набрела далеко от центра города в небольшой магазинчик, где была довольно простая обстановка, без всякого шика. На вешалках висела разнообразная одежда и в помещении был только один мужчина, по-видимому, хозяин.

 Туристы решили, что здесь должно быть не очень дорого, зашли в магазин и стали всё хватать с вешалок.

 Хозяин смотрит на них широко открытыми глазами и что-то говорит.

 Иностранных языков советские люди, как правило, не знали. Поняли только слово полиция.

 Тогда один человек, знавший несколько слов по-английски, кое-как объяснил, что они не грабители, а туристы из России и хотят купить себе одежду.

 - А, рашин турист, - сказал немного успокоившийся хозяин. - Это не магазин, это - химчистка.

 Юра поехал в Чехословакию в качестве одного из четырёх руководителей группы старшеклассников, едущих за границу по программе безвалютного обмена молодёжными делегациями.

 Сначала москвичи ехали в Прагу, а потом наоборот. Поэтому принимающая сторона могла делать гостям "подарки", угощать за свой счёт и даже организовать поездку в другой город. Чехи организовали поездку москвичей в один из городов Германии.

 Юра привёз из Праги много вещей: большую красивую вазу и оригинальные пепельницы из чешского стекла, маме серьги, кольцо и ожерелье из граната, столовый и чайный сервизы, пледы, нижнее бельё и прочее. Но главное в этой поездке было то, что он получил от неё массу новых впечатлений и положительный эмоциональный заряд.

 Ещё в Барнауле в шестнадцатилетнем возрасте Юра, находясь в академическом отпуске, который вынужден был взять из-за болезни сердца, написал несколько довольно хороших песен.

 Одна из них, на раннее стихотворение Евгения Евтушенко о настроении юноши, неожиданно попавшем в водоворот столичной жизни, оказалась созвучной ситуации, создавшейся по приезде Юры в Москву.

 "Я шатаюсь в толкучке столичной

 Над весёлой апрельской водой,

 Возмутительно нелогичный,

 Непростительно молодой".

 Другая песня, тоже на стихотворение Евтушенко соответствовала душевному состоянию, наполненному романтикой, характерной для большинства юношей.

 "Ты большая в любви.

 Ты смелая.

 Я - робею на каждом шагу.

 Я плохого тебе не сделаю,

 А хорошее вряд ли смогу".

 И в конце:

 "- Видишь, небо, какое синее?

 Слышишь, птицы, какие в лесу?

 Ну, так что же ты?

 Ну?

 Неси меня!

 - А куда я тебя понесу?.."

 В Москве Юра познакомился с некоторыми молодыми поэтами и написал на их стихи несколько песен: "Кожаная куртка", "Берёзы на войне", и ряд других.

 Особенно мне нравилась песня, написанная на стихи молодой поэтессы Аллы Боссарт, очень хорошо передававшая настроение безответно влюблённого человека.

 "Дождь, дождь, дождь...

 Дождь шумит по крышам синим.

 Он тебя не потревожит

 Этот грустный дождик зимний..."

 Конечно, это была не такая музыка, какую он сочинял в подростковом возрасте. Но песни получились неплохие с красивой мелодией и хорошим ритмом, при соответствующей "раскрутке" вполне могли бы стать шлягерами. Но без знакомств, денег, связей или случайного везения пробить их было необычайно сложно.