МАРФУТА
— Ой, батюшки! — причитала Марфута, утирая мокрый нос и щеки цветастым передником. — Беда, да и только! Пропал поросеночек, такой маленький, розовенький, рыльце длинненькое, а пятак — уже рыло! Куда подевался, ума не приложу! Неужто украли? Волки-то ныне притихли.
Васька, сосед Марфуты, вредно улыбался, приговаривая:
— Пропал и пропал. Другого заведешь. Деньжата, чай, водятся?
Марфута глуховата была, но, услышав про деньги, заворчала:
— Водятся, не водятся! Придется другого покупать. Когда в город поедешь, скажи!
Но Васька не сказал. И осталась Марфута без поросенка. Марфутин дом крайний, чуть на отшибе. А огород с Васькиным состыковывается. Лето пролетело в сенокосах да огородах. Осень со ржавым скрипом и пузатыми бочками подкатила. Решила как-то Марфута в дальний сарайчик заглянуть, что стоял у кромки леса. Прочистить от остатков прошлогоднего урожая, знать, превратившегося в перегной.
— На удобрение сгодится! — подумала Марфута.
Только сунула голову между сгнивших половиц, как чуть не наткнулась на рыло повышенной мордастости. Если бы не свинячье похрюкивание, приняла бы за нечистую силу или за инопланетянина.
— Ой, батюшки! — Марфута заголосила так, что сбежались все деревенские собаки. — Хряк в подполе! Васька! Василий! Подь сюда.
— Его через половичину не протащишь, — вредно и завистливо заулыбался Марфутин сосед по огороду, — а ты говорила: пропал! Не пропал поросеночек-то, а харю наел вона какую!
— Да уж, — подтвердила Марфута, — на старой картошке, на свекле да на проросшем зерне. Сколько добра было! Все умял, дармоед! Саморощенный!
Свободное копирование
