Глава девятнадцатая. СТРАНА ЛИМОНИЯ
1
...Оставив щи нетронутыми в чашке,
Уставясь тупо в щели потолка,
Не мог забыть, как звездочку с фуражки
Срывала равнодушная рука.
Серел рассвет за прутьями решетки,
Но лампочка не гасла надо мной,
И человек в такой родной пилотке
Зовется здесь ДЕЖУРНЫЙ КОРПУСНОЙ...
И в те же дни, как я узнал позднее,
Пришло мне лаконичное письмо;
В чужом, немецком, бурге или зее,
Уснул мой старший непробудным сном.
В семье мы Ежиком его прозвали
За нрав колючий и пытливый ум,
Его воображенье волновали
И тайны гор, и древний моря шум.
Он был изобретателем и зодчим,
Всей школьной детворой боготворим,
И даже я, его счастливый отчим,
В делах технических не поспевал за ним.
Недвижны гимнастические кольца,
Не кончена модель морского корабля...
Ее строителя, студента-комсомольца,
Взяла у нас немецкая земля!
Но поменяться участью зловещей
Я сыну предложить бы не посмел,
Узнав, что в мире есть такие вещи,
Что против них и смерть — завиднейший удел!
Вот он сидит, в каком-то среднем чине,
Тот, кто всю жизнь мою положит на весы...
И кажется, что замерли отныне
За обшлагом его трофейные часы.
Его медалькам не грозили’ пули!
Он кровь мою на грудь себе надел!
И в кресле он сидит... не потому ли,
Что никогда в окопе не сидел!..
...Все это — до поры! Наступят иды марта!
Они разоблачат на ваших картах
Приметы несмываемого крапа,
Вы, мастера Лубянского ГЕСТАПО!..
Из стихотворного дневника Рональда Вальдека за 1945 год.
Свободное копирование
