Вакцина против сибирской язвы. В дни панического ужаса пред сибирской язвой я регулярно следил за публикациями в прессе. Особенно меня поразили ответы должностных лиц на запросы отдельных граждан и целых организаций о прививках против сибирской язвы. Объяснения сводились к тому, что в данный момент национальное здравоохранение не располагает противосибиреязвенной вакциной для людей. Описывался случай, когда финансовый директор Денверского фонда общественной политики Рутт Бриджес (Rutt Bridges) выделил значительную сумму денег для закупки вакцины с целью бесплатно привить ею всех сотрудников центра. В этой ситуации он считал себя ответственным за жизнь своих работников, защитить которых от атаки антракса могла только вакцинация. Однако когда дело дошло до приобретения вакцины, то к своему удивлению он узнал, что в стране нет достаточного количества вакцинного препарата, а тот, который есть, обладает низкой эффективностью. Для применения его рекомендовалось 6 инъекций в течение 18 месяцев и ревакцинация через год. Естественно, такая вакцина для экстремальных условий биотеррористической атаки была не пригодной.
Химическая вакцина, находившаяся в распоряжении противоэпидемической службы США, была создана группой исследователей во главе с Ф. Брахманом (Dr. Philip S. Brachman). Как прививочный препарат против сибирской язвы она была лицензирована в 1970 г. и с тех пор не усовершенствовалась. В первую очередь вакцина предназначалась для профилактики ограниченных контингентов военнослужащих.
Я интересовался этими исследованиями потому, что в самое время также принимал участие в работе над аналогичным проектом в Загорском центре бактериологического оружия. В наших опытах по сравнительному изучению двух вакцин, сконструированной нами химической и коммерческой живой сибиреязвенной вакциной СТИ, была установлена более высокая эффективность последней. Одна инъекция вакцины СТИ создавала надежный иммунитет против сибирской язвы, в то время как для аналогичного защитного эффекта требовалось две или три инъекции химической вакцины. Советские военные специалисты вполне обоснованно предпочли живую вакцину СТИ разработанной нами химической вакцине. В 1980-х годах на вооружение советской армии поступила аэрозольная вакцина СТИ, технологию получения которой предложил один мой коллега по совместной работе в Загорске. Мне были хорошо известны характеристики аэрозольной вакцины, поскольку на начальных стадиях исследований я принимал участие в ее испытаниях как волонтер, а на заключительном этапе, когда материалы были представлены в виде докторской диссертации, - как научный рецензент. Я знал, что аэрозольная вакцина предназначена для экстремальных ситуаций, подобных той, которая возникла во время биологической атаки, проведенной террористами в США. Аэрозольная вакцинация позволяла охватить большие группы, находящиеся под риском, и в короткое время создать у них иммунную защиту против заражения спорами антракса. Американские специалисты, не располагая подобной вакциной, стали проводить профилактику в группах риска с помощью антибиотиков. В течение длительного времени (иногда до полутора месяцев) предписывалось принимать ежедневно большие дозы антибиотика в расчете на полное избавление от спор, попавших в организм. Пожалуй, это был первый случай массового применения антибиотика в профилактических целях, хотя каждому врачу известно, что антибиотики рекомендуется использовать только для лечения, но не для профилактики. Известно, что избыток антибиотика в организме может привести к возникновению резистентных форм микроорганизмов, для борьбы с которыми обычные лечебные препараты уже не годятся. Каковы будут последствия тактики борьбы с сибирской язвой, предпринятые американскими специалистами в период биотеррористической атаки, - покажет ближайшее будущее.
В первые же дни паники, возникшей в результате рассылки конвертов со спорами сибирской язвы, когда еще было трудно оценить масштабы вспышки, я обратился в Федеральный Центр по контролю за медицинскими и биологическими препаратами. В письме я предложил рассмотреть возможность использования аэрозольной вакцины для проведения прививок среди населения, находящегося под риском заражения. Ответа не последовало. Тогда я написал аналогичную бумагу в штатную службу здравоохранения, но и здесь никто не заинтересовался моим предложением. Когда вспышка уже пошла на убыль, я решил позвонить Нине Ефимовне Гефен в Нью-Джерси и обсудить с ней произошедшие события. Оказалось, что ее реакция на атаку спорами сибирской язвы была такой же, как и у меня. Только она отправила свое послание в ФБР. Спустя несколько дней к ней домой явился агент, который ограничился тем, что взял короткое интервью. Уходя, пообещал доложить начальству и сообщить о принятом решении. Ответного письма Н.Е. не получила. Так бесславно закончились наши попытки оказать помощь американским службам, принявшим на себя всю ответственность за эпидемическую ситуацию, вызванную террористическим нападением с использованием бактериологического оружия.
Свободное копирование
