В результате многочисленных размышлений я пришел к выводу, что заинтересовавшее меня направление теоретических и экспериментальных исследований по изучению феномена патогенности еще далеко не исчерпало себя, Более того, все увеличивающийся поток знаний приближал нас к пониманию возникновения и эволюции этого свойства у болезнетворных микроорганизмов. Мне казалось, что не далек тот день, когда накопленный материал можно будет обобщить и включить в новую книгу на эту тему. Однако пока что этот замысел оставался лишь далекой мечтой.
К середине 1980-х годов состав моей лаборатории обновился. Те, кто начинал со мной работать еще в отделе эпидемиологии, защитили диссертации и стали дипломированными специалистами. Они приобрели достаточно высокую квалификацию, и им стала нужна сфера деятельности, открывающая более широкие перспективы для самостоятельных научных исследований. Вновь пришедшие сотрудники уже имели кандидатские степени и существенный опыт работы в исследовательских лабораториях. Один их них Дмитрий Н. должен был продолжить исследования по изучению доменной структуры стафилококковых энтеротоксинов и их взаимодействию с мембранными рецепторами. Для стажировки я организовал ему поездку в биохимическую лабораторию Свободного Университета в Брюсселе, однако это ему не помогло подойти вплотную к разрабатываемой проблеме. Поставленная перед Дмитрием задача оказалась ему не под силу.
Наиболее успешно шли дела у Татьяны Домарадской. Она продемонстрировала необходимое научное мышление и высокие навыки экспериментальной работы. За достаточно короткое время она провела серию важных экспериментов, подготовила интересный обзор новых литературных данных и сделала ряд научных публикаций. К сожалению, ее пребывание в лаборатории пришлось на конец 1980 - начало 1990 годов, когда прежняя система финансирования научных исследований разваливалась, а получить финансовую поддержку извне было еще не возможно. После моего отъезда в США в 1993 году все заботы по лаборатории легли на плечи Татьяны И. Она мужественно сопротивлялась обрушившимся на нее невзгодам, пока не ушла работать в коммерческую сферу.
Работая в Америке, я каждый год приезжал в Москву и продлевал свою командировку как консультант лаборатории. В научных публикациях наряду с американским адресом я указывал институт им. Н.Ф. Гамалеи, т.к. считал, что сущность моих новых научных исследований остается прежней. Так продолжалось до тех пор, пока в конце 1990-х годов институтские чекисты не стали поднимать голову. Однажды на квартиру моей дочери Алены позвонила некая Карманова, и, сославшись на поручение директора, потребовала, чтобы я прислал заявление об увольнении. Дальше последовали угрозы с предупреждением, что она сообщит "куда надо", если я этого не сделаю. В очередной свой приезд в Москву я прочитал лекцию для сотрудников института на тему о бактериальных субстанциях, названных суперантигенами. Поскольку лекция была посвящена новому направлению в иммунобиологии, то материалы ее были рекомендованы для публикации в российской научной печати. Обзорная статья вышла в свет в 2000 году в журнале "Вестник Российской Академии Медицинских Наук". Это была моя последняя научная работа, представленная совместно с ИЭМ им. Н.Ф. Гамалеи.
Свободное копирование
