Грязь

Одесские улицы и площади

Я узрел Одессу в том положении, в котором описал ее Пушкин в своем стихотворении «Евгений Онегин». Город грязи, город пыли; я видел как

В дрожках вол, рога склоня,

Сменяет хилого коня.

Грязь

На некоторых улицах, в центре города, незнакомому с местными ухабами, покрытыми грязью нельзя было проехать без проводника. Я сам видел в конце Дерибасовской, против теперешней кондиторской Либмана, как выброшенный из опрокинувшихся дрожек господин в цилиндре попал в яму головою вниз и выскочил из нее, как из ванны, по шею в грязи. Там же, на Дерибасовской, для перехода через улицу появились носильщики из евреев, которые за гривенник переносили на спине прохожих. Близ Собора, против дома Папудова, на улице какой-то француз поставил паром и стоял на нем с удочкой в руках. В сочельник Р.X. ехавшие ко мне на кутью родные в карете попали в такой ухаб на Ришельевской улице, что карета сломалась, лошадей выпрягли, а дамы, по колени в грязи, вернулись домой пешком и остались без ужина.

На Канатной улице, близ дома Мешкова, в котором я квартировал, стояло такое озеро, что весною, во время перелета, я на нем стрелял бекасов. Самые высокие галоши не помогали.

Пешеходы должны были носить высокие сапоги. Бывали случаи, что пьяный, упавший на улице, захлебывался и тонул в грязи.

Можно себе представить, что происходило в предместьях города. Молдаванка иногда прекращала сообщение с городом по целым неделям. Оно возобновлялось после сильных морозов, когда грязь замерзала.

Глубоко завязшие в грязи телеги и экипажи, захваченные морозом, иногда оставались на улицах в продолжении всей зимы, и только весною, при совершенной оттепели, могли быть извлечены.

Припоминаю как однажды генерал Безак, квартировавший на Дворянской улице, желая дать бал, вынужден был вызвать целую роту солдат для засыпки ухабов.

Шоссировкою улиц заведывала не Городская Управа, а строительный Комитет. Газеты молчали. Жалобы жителей оставлялись без последствий. В отмщение за все это, кто-то прислал из Константинополя на имя генерал-губернатора посылку-ящик, в котором оказался один длинный сапог, выпачканный Одесскою грязью.