Конец августа. Пока мы съезжались, все ходили в своей одежде. Платье у меня было неплохое, но вот туфли совсем прохудились. Подошва отставала, и, когда мы становились на колени, девочкам были видны мои ноги в чулках. От этой бедности я испытывала ужасное чувство унижения. Глядя на хорошо одетых девочек и стыдясь своей рваной обуви, я с отчаянием думала: почему жизнь такая несправедливая? И сами собой приходили мысли о жизни, в которой все бы жили хорошо и во всём были бы равны. А то ведь я чувствую, как плохо быть бедной. И ещё я в монастыре поняла, как плохо быть алтайкой, а не русской.
Помню, был случай, когда я в монастыре заболела чесоткой. Руки у меня покрылись гнойными прыщами и страшно чесались. Я всячески скрывала свою болезнь, которую считала двойным позором (болезнь сама по себе позор, так думала я, а тут ещё и чесотка!). Анна Ивановна, обнаружив, наконец, у меня чесотку, немедленно отправила меня в больницу. Когда я, поправившись, вернулась из больницы, девочки рассказали мне, что Степанида Васильевна сказала про меня, что я юрточная, а в юртах у нас ужасная грязь. Я даже заплакала от обиды и оскорбления. Я вспомнила Мыютинский дом, Мысовский дом. Это у нас-то в этих домах грязь?! Долго жила в моей душе обида. Но к выходу из монастыря она выветрилась. И рассталась я с учительницей как с другом.
Наконец мы сняли домашнюю одежду и обувь и оделись во всё казённое. Комплект одежды был такой: рабочее платье из хлопчатобумажной ткани вишнёвого цвета пропускного строгого покроя со стоячим воротником и застёжкой сзади. Глухой фартук из чёрного сатина, белые чулки, ботинки с резинками, белый воротничок. Внизу носили рубашку из белого полотна, панталоны и нижнюю юбку тоже из белого полотна. Панталоны и юбка завязывались тесёмками. Вот для чего каждая девочка должна была за год наткать 6 аршин тесьмы.
Парадное платье было шерстяное вишнёвого цвета. Передник был как у институток: белый фартучек, завязанный сзади бантом и большая белая пелерина с отложным воротником, завязанная небольшим бантом.
Эту форму одежды имели все девочки с подготовительного и до 5 класса. Шестиклассницы носили и в будни, и в праздники шерстяные платья. Про семиклассниц я уже писала, что у них была совсем другая форма.
С 1 класса и по 4 (начало года) все были острижены. В 4 классе начинали отращивать волосы и должны были носить их заплетёнными и подобранными в причёску. Только семиклассницы носили распущенные косы. Замечу, что 1 класс соответствовал 4 классу нашего времени, а 7 класс - это нынешние десятиклассницы.
Наконец-то мы все одинаковы! Ну, теперь-то нас будут оценивать не по одёжке, а по нашим характерам и уму!
Свободное копирование
