Запомнились поездки в гости в село Усятское (около г. Бийска). Там жили родители тети Фины священник Бельский отец Андрей и жена его бабушка Арина. Собирались в поездку основательно, с чувством. Зимой готовили и замораживали пельмени. Для зимней поездки была большая вместительная кошева. Пара лошадей была своя, и кучер приглашался из жителей. Кошева застилалась большим меховым одеялом из бараньих шкур. Под сиденье клались подушки. Тетя и Леля в шубках на кенгуровом меху, на голове шапочки, а поверх пуховые платки, в пимах. Я в меховой шубке и шапочке, еще наглухо завязанная теплой шалью. Сверху укрывались (ноги по пояс) вторым меховым одеялом. Дядя оставался дома. Собравшись, прощались, по обычаю присаживались, посидев минутку, вставали, крестились на иконы, целовались с остающимися, выходили, усаживались в кошевку. Дядя Володя подтыкает кругом одеяла, говорит последние напутствия. Ворота открыты. Пара трогает с места, звенят под дугой колокольчики. Мы отправляемся в дорогу. Ехать в экипаже в горах очень хлопотно и надоедливо. Почти без конца вылезаешь из саней или телеги и шагаешь, потому что горы крутые и в гору идешь, чтоб было легче лошадям, а под гору опять идешь, потому что опасно: лошади могут понести, и тогда покалечишься, а то и на смерть захлестнет. Ну, я-то в гору не вылезала из саней. Только под гору меня вынимали из экипажа. Мы идем под гору, а кучер, натянув вожжи, спускает лошадей и успокоительно все время говорит им тихо "Тпру, тпру!" Так мы доезжаем до села Комары. А там уж спуск вниз и дорога идет поровнее по холмам. Кони бегут рысью, колокольчики звенят. Смотришь и с интересом разглядываешь незнакомые места. Ночевали мы обычно в селе Алтайском, которое было расположено в предгорье, у отца Андрея Рыбкина. Запомнился мне их дом и сад. Дом был выстроен на барский лад. При входе с ограды была прихожая и направо дверь в кухню. Прямо дверь в большой квадратный холл, из которого с южной стороны большая застекленная дверь вела на широкую веранду, выходящую в сад. Налево была дверь в комнату-гостиную, а сзади со стороны кухни была лестница с перилами, ведшая на второй этаж. Наверху были расположены спальня, комната девушек дочерей и кабинет отца Андрея. В холле была столовая, стоял большой обеденный стол, стулья и диван. Замечательный был сад. Мне на всю жизнь запомнилась их веранда (были мы у них как-то в конце лета). Веранда кругом была обсажена рябинами. Ветки их, отягощенные рдеющими кистями ягод, красочной стеной окружали веранду.
Позднее это воспоминание поселило во мне мечту пожить в доме с верандой, окруженной рябинами. В очень малой дозе я осуществила ее в оформлении нашей дачки на Фестивальной. Наутро мы выезжали в предгорную долину по направлению к Бийску или селу сростки. Здесь мы наслаждались ездой по ровной как стол дороге. Это уже был степной Алтай. Кони резво бежали, колокольчики заливчато звенели. Все было ново, радостно и страшно интересно! Поездка летом интереснее и легче. Нет на тебе тяжелой стеснительной одежды, идти легко. А кругом красота, захватывающая дух! Поднимаешься в гору, смотришь вверх, а там как драгоценные рубины рдеют кисти кислицы (красной смородины). Смотришь, что это за палки черные лежат около какого-то куста? Заглянешь, а это ветки черной смородины, настолько отягощенные ягодами, что приходится им ложиться на землю. Едешь мимо пригорочка без кустов и леса, а он весь розовый. Это цветут дикие примулы, которые мы называли пряничками. Осторожно спускается экипаж к ручью, через который перекинут мост. Смотришь, что за голубой ковер перед мостиком?! Да это незабудки, их тут у воды огромная колония, а поближе к мосту почти у самых столбов издалека виднеются алые шапки татарского мыла (род гвоздики). Подашься немного в сторону от дороги, наткнешься на заросли стройных желтых лилий, по-нашему - потник. Вон в горе высоко в камнях растут высокие в метр и больше высотой растения с цветами величиной с добрую розетку для варенья. Цвет у них ярко или бледно розовый. Это дикие мальвы. Тишины нет. Поют птицы, стрекочут кузнечики и еще один шум: непрестанно звенит вода. То там, то здесь с горы бежит ручеек и только и слышишь в траве мелодичное: "Буль, буль, буль".
Свободное копирование
