Утром рано поднялся, разбудил брата и попросил, чтобы он меня проводил на велосипеде до ближайшей деревни. Мама нас покормила и дала мне кое-что в дорогу. С Леной я даже не простился – она спала.
Я сел на сиденье велосипеда, Женька – на раму, и мы поехали дорогой, которую мне порекомендовал Иван Гаврилович. Приехали в деревню, которая находилась в низине, и проехали её до крутого подъёма. Тут я отдал велосипед братишке и пошёл дальше пешком.
Несколько часов пешего хода – и мне попалась попутная подвода. Согласившийся подвезти меня мужчина уточнил мой маршрут в Байкалово, но вскоре свернул с него в сторону. Я снова потопал ногами. Невольно задумался о ситуации дома. «Доброжелатели» уже наверняка сообщили девушке-студентке о том, что я женат, а маме и Лене о моём свидании с незнакомкой. Впрочем, всё равно сейчас я ничего не мог с этим поделать, поэтому постарался выбросить эти мысли из головы.
Примерно через час я услышал сзади шум мотора. «Полуторка» шла не очень быстро, дорога-то просёлочная. Я не стал пытаться остановить машину, а забрался на ходу в кузов. Проехал там километра три, а затем машина свернула с моего маршрута, и я на ходу ретировался из кузова. Пешком добрался до Байкалово. Зашёл в уже знакомую чайную перекусить и передохнуть, сидя на стуле. Мне оставался последний двадцатикилометровый бросок.
Я ещё не успел дойти до леса, когда меня догнал тяжёлый мотоцикл с коляской – «Урал». Этот мотоцикл выпускался (и, кстати, выпускается до сих пор) в ближайшем городе Ирбите, а во время войны был на вооружении Советской армии. За рулём был мужчина, а в коляске сидела женщина. Водитель притормозил рядом со мной и предложил подвезти на заднем сиденье. Я с радостью согласился. Мы доехали до леса. Дорога дальше была безобразной – разбитые колеи, наполненные водой и грязью. К счастью, сам лес был не очень густым, поэтому опасные места можно было объехать, особенно более лёгкому транспорту, чем автомобили – гужевому и мотоциклам.
Местами уже проторённые до нас объезды вели в разные от основной дороги стороны и исчезали за деревьями, поэтому создавалось ощущение развилки. Оказалось, что мотоциклист дорогу тоже не знал, и поэтому спрашивал у меня на ходу, какую из дорог выбрать. Я отвечал наугад: правую. На следующей развилке я отвечал: левую. Я довольно быстро догадался, что на самом деле это одна и та же дорога, и никуда она нас, кроме Зайково, не приведёт. Нужно было лишь выбирать наименее грязный объезд.
В конце концов мы благополучно миновали этот лес с ужасной дорогой и даже нигде не забуксовали. В Зайково меня выскочили встречать ребята – всё равно им заняться больше было нечем. Тут я признался своим благодетелям, которые меня провезли семнадцать километров, что я никакой не местный житель. Да они и сами увидели похожих на меня по одёжке ребят, после чего сказали:
– А мы вас поначалу приняли за местного лесника.
– Я боялся, что вы меня высадите, и как мог дирижировал движением, – признался я под смех моих коллег.
Я предложил мотоциклисту и его жене немного отдохнуть в доме наших хозяев, но они отказались, поскольку торопились засветло попасть в Ирбит. Ехать им ещё оставалось около двух десятков километров, но дорога дальше была хорошая. Я их поблагодарил и пожелал счастливого пути. Потом ребята иногда называли меня Лесником, но это прозвище ко мне не прилипло.
По моим прикидкам получилось, что до Горбуново я добирался около четырнадцати часов, а обратный путь занял десять – благодаря попуткам.
Свободное копирование
