Итак, напрямик, по кручам я выбрался на дорогу и присоединился к избранным, культурным людям, которые шли к вершинам знания в порядке, организованно. Предстояли еще подъемы, и крутые, но здесь я уже был почти в равных условиях с остальными. "Почти" - потому что все же у меня были пробелы в знаниях и тяжелые материальные условия.
В какой же компании я очутился. Классным старостой мы избрали Владимира Антоновича Сольского. Не знаю, состоял ли он в родстве с графом Сольским, во всяком случае был человеком богатым. Работал в авиации. Человек лет 30, с обозначившимся брюшком, изящной бородкой, в очках, он больше походил на профессора, чем на учащегося. Уравновешенный, любезный, он внушал всеобщую симпатию. Учился безукоризненно. У него, должно быть, было высшее образование, но для военной авиации в проектной организации требовался диплом военного инженера. Я один раз был у него в квартире. Дверь открыла горничная. Квартира из трех комнат. мягкая мебель, ковры, богатый письменный стол, книжный шкаф в кабинете.
Заместитель старосты Ющенков Иван Давыдовыч - кубанский казак, крепкий, как вырубленный из камня. Жесткие черные волосы, низковатый лоб, тяжелый взгляд. После революции он ушел к Деникину, но после изгнания белых остался в России. После проверки работал в военно-строительном управлении в Москве. Твердый, знающий работник, но натура эгоистическая. В конце концов, его арестовали.
Другой донской казак - Пахомов, высокой моральной чистоты. Требовательный к себе больше, чем к окружающим. Тоже ушел к белым, но очень скоро разглядел гнилую сердцевину деникинской армии. Явился в особый отдел Кавказского фронта, работал в Красной Армии, умер от тифа.
Два артиллериста, весьма культурные и образованные: Грушвицкий с рыжими торчащими кверху усами, внешне похожий на пижона, очень франтоватый и Гранкин попроще, более общительный и веселый. Грушвицкий после революции уехал в Ревель [Таллин]. Существовал литературным трудом. Художественную литературу он знал и любил. Гранкин работал в Киеве по строительству, для авиационных частей.
Три гренадера: Козулин, Карташев и Егоров. Все они прибыли из гренадерской дивизии, которая стояла в Москве. Старшему было лет 27, младшему - 23-24 года. Они поселились в общей квартире, наняли прислугу, жили коммуной. Все веселые, способные, любезные. Впоследствии Козулин участвовал в восстании юнкеров против Советской власти. Что с ним сталось дальше - не знаю. Егоров после империалистической войны в Академию не вернулся. С Карташевым мы встретились на Северном фронте в 1918 году. В Красной Армии он дослужился до генерала.
Барон Унгерн-Штернберг жгучий брюнет маленького роста с блестящими черными глазами и с изящной черной бородкой, с трубкой в зубах, часто сидел в буфете и рассказывал анекдоты. Подстать ему был толстяк Архипов.
Александров выделялся нервным темпераментом и желанием выслужиться. Впоследствии он был прикомандирован к Академии для преподавания сопротивления материалов.
Такого же типа был Барылович, капитан лет под 30, уже с лысиной. Всегда боялся отстать от товарищей, юлил около начальства и всюду поспевал. О нем говорили "ныряет" в толпе.
Принявший православие поляк Яржембский, с опушенными к низу усами и неаккуратной бородкой, спокойно острил, никуда не торопился. Ему было лет за 30. Впоследствии он репатриировался в Польшу.
Изящный Язвинский с орденом, усами и эспаньолкой, подчеркнуто вежливый и подтянутый, тоже репатриировался. Был генералом у Довбор-Мусницкого.
Инфантьев, в форме Заамурского пограничника, приехал с Дальнего Востока. Там он женился на горничной своего командира. Держался с товарищами как-то настороженно и замкнуто.
Мельников - сын богатого железнодорожного подрядчика - ходил как-то подпрыгивая, на цыпочках, немного шепелявил, а в общем был способный, веселый и хороший товарищ.
Застенчивый вид имел чахоточный Поляков - способный и серьезный офицер. Белобрысый Белов был похож на Жоржа Степанова. Поляков и Белов погибли при обороне крепости Ковно.
Кажется, всех вспомнил. Нас всего-то было 24 или 25 человек.
Да, еще следует вспомнить Григорова, который до Академии был летчиком. Стремительный, напористый, носился с изобретениями. Доверия к себе не внушал.
Шульц из электротехнического батальона. Розовый, кудрявый, веселый, острил. Учился плоховато.
О Невском я вспоминал раньше. На вступительном экзамене он тоже путался по математике, но все же был принят.
Был еще Чеботарев ничем не замечательный.
Голембатовский имел выдающиеся способности по математике. Охотно решал дифференциальные уравнения, охотно помогал другим, кто не справлялся. Лысый, в очках - типичный кандидат в ученые.
Свободное копирование
