Берлин, 24 марта
Светлое воскресенье, мрачное и холодное, но дождь прекратился. Я отказался от приглашения на ланч и на чай к нескольким моим немецким знакомым. Не мог сегодня общаться с немцами, даже если среди них нет друзей Гитлера. Хотелось побыть одному. Проснулся около полудня и послушал передачу из Вены. Классическая музыка, небольшая милая вещица Гайдна.
После обеда прогулка. Унтер-ден-Линден заполнена народом. Все-таки немцы самые некрасивые люди в Европе. Ни одной симпатичной женщины на всей Линден. Вероятно, их ужасная одежда усиливает это впечатление. На улицах относительно мало солдат. Мало увольнительных? Почему? Наступление скоро?
Я удивился, до чего обветшал дворец Кайзерпалас, расположенный в конце Линден. Штукатурка везде обваливается. Вид очень неряшливый. Разваливается на части каменная ограда балкона, на который Вильгельм II совершил свой знаменитый выход в 1914 году, чтобы объявить беснующейся у его ног толпе о начале войны. Что ж, когда началась эта война, они не бесновались под балконом Гитлера.
Я пытался прочесть на лицах людей, о чем они думают в этот пасхальный день. Но лица их выглядели пустыми. Война им явно не нравится, но они будут делать то, что им прикажут. Например, умирать.
Свободное копирование
