3 августа
Раннее холодное утро. Мы находимся в бараке. Путь наш, вернее, последний этап его был сплошным приключением. Вчера лишь только мы успели привязать к знакомой вершине нашу съемку, как начался дождь, который провожал нас всю дорогу. Наша рационализированная обувь моментально разбухла, превратившись в гигантские кожаные мешки, которые к тому же успели прохудиться. Идти в них по мокрому кустарнику было сплошное «наслаждение». Они цеплялись за каждый сучок, за каждую задоринку, и нам время от времени приходилось делать замысловатые антраша, становясь на все четыре конечности. Мокрые кусты «приятно», до дрожи во всем теле охлаждали ноги, дождь освежал лицо, а ликующие тучи комаров услаждали душу и тело хоровым пением и нежными укусами.
Долго, долго брели мы в ночной тьме по бесконечным нелькобинским просторам, стремясь к желанной цели — бараку, и наконец добрались до него.
В бараке нам ударил в нос резкий запах сырости, и при свете зажженной свечи мы увидели, что его белые стены стали ярко-зелеными от плесени. Да и не только стены. Все находившееся в нем, особенно вблизи стен, приняло зеленоватый оттенок. К счастью, вещи, хранившиеся во вьючных ящиках, остались не затронутыми плесенью.
Вдруг мы почувствовали какой-то странный, болезненно жгучий зуд. Комаров в бараке не было, а между тем кожа на лице, руках и шее горела, как от клопиных укусов, С ужасом увидели мы, что тысячи мельчайших пестрых мушек носятся в воздухе, облепляя кожу и жгуче кусаясь. Сетка для них не была препятствием, они слишком мелки для нее.
Мы растопили печку, сварили кофе, поджарили мясные консервы И с радостью обнаружили, что от сухого жара печки мошкара куда-то исчезла.
Свободное копирование
