Начались сборы в Грецию. В свою одиссею я пускался не один. Моими попутчиками собирались скрипач Анатолий Францевич Микули, скульптор и журналист Иван Рахманов и Василий Иванович Денисов — профессионал-музыкант, живописец смелой фантазии, неподражаемый мастер светотени, романтик.
Приехали в Одессу, увидели Черное море. Рахманов, впрочем, как и все мы, очарованный открывшимся взору морским простором, напутствовал нашу компанию гекзаметрами Гомера.
Тут светлоокая Зевсова дочь Телемаху сказала,
Вызвав его из устроенной пышно палаты столовой,
Сходная с Ментором видом и речью: «Пора, Телемах, нам,
Все собралися уж светлообутые спутники наши...
При этих словах Иван Федорович, улыбнувшись морю, широким жестом правой руки обвел всех нас, ради весеннего теплого дня действительно обутых в легкие светлые ботинки, и продолжал обращенную к Одисееву сыну речь Афины Паллады:
Сидя у весел, они ожидают тебя с нетерпеньем,
Время идти; не годится нам доле откладывать путь свой».
Бессмертные строки всколыхнули наши души. Прошедши сквозь даль веков, достиг наших чувств попутный ветер Гомерова эпоса, «свежий повеял зефир, ошумляющий темное море».
Свободное копирование
