В том же Нижнем-Новгороде Николай Карлович «пошутил» со мной, когда я, будучи антрепренером Костромского театра, приехал в Нижний за актерами, долженствовавшими пополнить мою труппу.
Нижегородским антрепренером в то время был заика Смольков, который не любил, чтобы ему задавали подряд несколько вопросов, он в них путался и ни на один впопад не мог ответить.
С этим Смольковым я был знаком, почему без стеснения заходил в его театр во время репетиций и виделся с нужными мне лицами, между прочим с Милославским, Константином Федоровичем Бергом (впоследствии артист Московского Малого театра), Федором Алексеевичем Бурдиным (впоследствии артист Александринского театра) и др., поехавшими из Нижнего служить ко мне в Кострому. В первое свое посещение репетиции, я позвал будущих членов моей труппы в трактир напиться чаю.
Проведя в трактире добрый час в мирной беседе, я подозвал слугу и, вручая ему трехрублевую бумажку, приказываю получить с меня, что следует. Слуга, к моему крайнему удивлению, от этого отказывается.
— Уже заплачено, — сказал он и, указывая на Милославского, прибавил: — вот они отдали.
— Николай Карлович, с какой же это стати! — заметил я ему с укоризной.
— Ну, что за счеты между товарищами!
— Однако, пригласил вас я — я и должен расплачиваться!
— Все равно, в другой раз заплатите!
На следующий день снова захожу на репетицию и снова увлекаю свою компанию в трактир на беседу. При расплате повторяется вчерашняя история.
— Нет, уж сегодня очередь моя, — сказал я Милославскому и, обращаясь к слуге, приказал: — возврати назад Николаю Карловичу деньги и получи с меня…
Слуга в нерешительности поглядывал на Милославского, а тот отрицательными знаками удержал его от поползновения исполнить мой настоятельный приказ.
— Как вам угодно, Николай Карлович, — сказал я, — а это допустить не могу. Он должен получить с меня…
— Не беспокойтесь, мы и на ваш счет еще успеем погулять…
После продолжительных распрей, пришлось невольно уступить Милославскому, в чаянии отплатить ему тем же при следующей встрече. Я дал себе слово ни под каким предлогом в будущий раз ни на одну минуту не отпускать его от нашего стола, чтобы не было ему возможности снова учинить расплату, ставившую меня перед актерами положительно в неловкое положение.
Являемся опять в трактир и, несмотря на мой строгий надзор за Милославским, в конце концов оказывается, что за все уже опять уплачено. Я уже стал сердиться и доказывать не в меру услужливому и любезному Николаю Карловичу, что подобная его предупредительность может серьезно рассорить нас, и если он сейчас же не возьмет из буфета обратно своих денег, то я принужден буду избегать его компании в таких потребительных местах.
— Я за вами ухаживаю, как за будущим своим антрепренером, — шутливо ответил он, — а потому претендовать на меня вы не вправе за то, что я, может быть, и не умело, но искренно стараюсь проявить во всем мою к вам привязанность…
— Счет дружбы не портит, — сказал я и снова примирился с проделкой Милославского.
Накануне своего отъезда из Нижнего, я опять созвал приятелей в трактир, предупредив Милославского, чтобы он не наживал в моем лице себе врага…
За чаем Николай Карлович обращается к актерам и говорит:
— А как вы думаете, господа, нужно учинить проводы Николаю Ивановичу или нет!
— Нужно! — ответили хором присутствующие.
— Человек! Шампанского заморозить! — скомандовал он. — Да не закусить ли перед шампанским чем-нибудь лакомым? Как вы полагаете, господа?
«Господа» охотно согласились закусить.
— Человек! — снова воскликнул Милославский, — учини-ка нам уху из живых стерлядей, да непременно из живых… -
После этого последовало еще несколько гастрономических заказов и когда все было уничтожено, Милославский потребовал подать счет, который достигал пятидесятирублевой цифры. Наскоро пробежав его, Николай Карлович вручил мне этот Трактирный документ и с свойственной ему улыбочкой сказал:
— Вот теперь можете заплатить!
Тут только я сообразил к чему клонились его предварительные полтинничные расходы. Разумеется, мне более ничего не оставалось делать, как погасить этот счет и намотать на ус вообще «шутливую» натуру Милославского.
Свободное копирование
