В Закаталах я застал все в каком-то особенно тревожном настроении. Крупные происшествия, усиленная деятельность качагов, не утихавшая даже всю зиму и становившаяся все более дерзкой, невзирая на раннее время года, когда горы были занесены еще снегами, очевидное участие в этом жителей -- все придавало местным обстоятельствам весьма тревожный колорит, наводивший на местное начальство род уныния. Уже стали поговаривать, что в Тифлисе очень недовольны действиями генерала Чиляева и, вероятно, скоро последуют опять перемены. Отношения его с князем Эристовым стали окончательно натянутыми, и последний относился к делам все более и более пассивным образом, удовлетворяясь лишь желчными выходками против всех распоряжений генерала. Появились партии за Чиляева и против Эристова, и наоборот.
Явившись к генералу, я был им очень любезно принят, но при этом он намекнул мне, что в мое отсутствие до него доходили слухи о не совсем благоразумных действиях моих в Элису, возбудивших неудовольствие жителей. Я объяснил ему дело с алмалинцами, послужившее, вероятно, основанием дошедших до него слухов, и добавил, что в положении пристава трудно соблюсти равновесие между удовольствием жителей, в душе нам враждебных, и желанием по возможности прекращать разбои и другие беспорядки; что я, впрочем, готов исполнять всякое назначение, какое ему угодно будет мне предоставить и никакого особенного желания возвращаться в Элису не имею, тем более, что раз переименованный в военные офицеры, я предпочитаю идти по прямой военной дороге. "В таком случае, -- сказал генерал, -- оставайтесь пока при мне, дела здесь для вас найдется немало, а после увидим, как лучше будет вам пристроиться".
Князь Эристов, когда я объявил ему об этом, очевидно только по духу оппозиции, разразился озлобленной речью, что вот-де в самое нужное время оставляют опытного чиновника без всякой цели здесь, а Элисуйское владение между тем в руках бестолкового канцеляриста" и т. п. "Ну, да мне до этого дела нет, -- продолжал он, -- пусть генерал Чиляев распоряжается, как знает, он -- главный начальник и сам отвечает за все. Оставайтесь здесь, будем бить баклуши и ожидать своей очереди". Чудак князь Эристов уже забыл, что сам был поводом моего удаления из Элису, дав жителям пример по первой их жалобе без всякого расследования обвинять их ближайшего начальника.
Свободное копирование
