С 9 мая на 10-е. Три часа ночи
Для меня это был День Счастья. В семь часов утра Алена, Слава Стрелкова и я снова помчались на Красную площадь. Она была полна народу, было великое веселье, а день чудесный — солнце, май и теплый ветер — ветер на весь свет. Оттуда мы пошли к Тамаре Груберт, потом забежали к Ермолычу — и снова на Красную площадь. Оттуда к Тихоновым, где я рассказала о ночи, — Николай был чудесный, в глазах у него были слезы. Он вынул снимки блокады Ленинграда — навсегда осталось это в прошлом... Потом я забежала к Боре и Нонне Агаповым и, наконец, домой, где немного соснула. По улицам шли толпы людей, все светлые, нарядные, ликующие. К девяти вечера мы уже опять было собрались идти к Тихоновым — Алена, Женя и Слава Стрелковы, Агаповы, Тамара Груберт и я, но ровно в девять часов Сталин стал говорить. Мы ринулись к Тихоновым после его речи — трудно было пройти по улице и мимо Кремля, столько было народу! Был объявлен салют из тысячи орудий тридцать раз!
Николай, Алена, Шура, Ариштам — все мы побежали смотреть салют на мост. Это было совершенно невероятно и потрясающе — в небо ринулась тысяча разноцветных лучей, и, спущенные с аэростатов, сияли в вышине портреты Ленина и Сталина, и трепетали в небе алые флаги. Ярко-голубые, розовые, алые, лиловые тучи задвигались от земли до небес, пересекая темное весеннее небо, и грянули тысячи орудий, и за каждым залпом, как волны, перекатывалось людское «УРА!».
Букеты фейерверка взлетали и падали с неба вниз.
Шуршала вселенная.
Потом мы сидели за столом и пили — и я подняла первый тост: за Победу! За огромными окнами тихоновской квартиры Москва сияла огнями, победоносная, ликующая. Победило то, во что я верила всю жизнь и другие вместе со мной.
Свободное копирование
