Долгое будущее - 290

21 мая

«Фокус» в легких рассосался — ура! Погода дивная. Меня пригласили петь в Клубе писателей. Гитаристы уехали до 1 июня — поэтому я назначила концерт на 3 июня. В филармонии любезны со мной. Каждый день по часу играю на гитаре, но с аккомпаниатором мне поется легче. Свободнее, ибо тогда ни о чем, кроме песни, не надо думать.

Народ на улицах выглядит веселее. Тепло!

19 мая я, по просьбе Сергея Владимировича Образцова, пела в его театре. Одна, без гитаристов. Сергей Владимирович упросил приехать и петь под собственный аккомпанемент.

Меня у театра сторожили, встречали его актеры. В партере стояли узкие длинные столы, и за ними сидело много народу. Сергей Владимирович усадил меня рядом с собой. Был он невеселый какойто, а ко мне обворожительно мил и любезен. Все мною интересовались и мне улыбались, ибо он в своем театре Царь, и сам это знает. Я опоздала к началу, попала на «Пародию на Крыши Берлина», которую играли не куклы, а сами актеры-кукольники. Я хохотала вся, с ног до головы. Мне стало весело, как только я вошла в зрительный зал: уютный, небольшой, хорошо освещенный. Ведь это главное. Из любой тоскливой дыры можно сделать феерию и наоборот, просто местоположением электрической лампочки и ее силой. Кроме приветливых пропорций зала и сцены мне еще очень приятен был и запах — пахло скипидаром и смолой. Ну а главное, конечно, сам Образцов, он для меня Человек-праздник. Мне нравится его лицо, белобрысые волосы, маленькие, красивые уши, а главное — голос.

Актеры его превесело сыграли свою пародию, потом все сели за столами, а он сказал:

— Ну, Татьяна Ивановна, я пойду скажу им о вас. — И пошел на сцену и сказал: — Я попросил Татьяну Ивановну Лещенко петь у нас сегодня, несмотря на то что ее гитаристы заняты. Слушать Татьяну Ивановну было мне радостью в Новосибирске, где было грустно. Я очень люблю песни Татьяны Ивановны. Я знаю, что они понравятся вам всем!

Я взошла на сцену — он мне конферировал, сидел на сцене у моих ног, свесив ноги с рампы. Я спела: 1. «В одной знакомой улице». 2. «Русские девушки». 3. Романс Грэтри, по-французски. 4. «Джонни». 5. «Андалузская ночь». 6. «Птички». 7. «Русалка» и т. д. — и имела бурный успех. Пела с абсолютной свободой, не боясь верхов, ощущая во рту физическую радость, а в душе задор и лихость. Хлопали мне, даже когда я спустилась уже в зрительный зал. Образцов сиял! Я тоже.

Сперанский (вот актер! вот блеск-то! Его Труффальдино в «Короле-Олене» — это так упоительно смешно!) сказал мне:

— Подразнили только!

А Сергей Владимирович говорит:

— Идем ко мне в кабинет — и будем петь еще!

И мы пошли наверх в его кабинет, где было совсем темно — и я даже не видела, кто еще, кроме Образцова и Сперанского, нас слушал. Вернее, меня слушали, так как сам он спел только: «Наглядитесь на меня, очи черные, ах, про запас...» — и мы с ним дуэтом спели «Две гитары» — он куплет, и я куплет, и т. д. и сами радовались.

Потом он проводил меня домой, и с нами шли еще какие-то. Я его люблю: весь он мне нравится. Он не добродушный, умный, он честолюбив, упрям, прост и непосредствен в обращении с людьми, никогда не кривляется и не важничает, как это делают другие наши «знатные». Он талантлив на каждом шагу. У него белобрысые, густые как пакля волосы, слегка выпуклые синие глаза, хороший крепкий нос, крупный рот, упрямый подбородок. Он небольшого роста, очень складный. Ему лет сорок пять, но он выглядит очень молодо. Голос его ни с каким другим не спутаешь, и манера петь своеобразная, НЕЛОГИЧНАЯ, НЕ от слова, а от Музыки. Он чрезвычайно талантливый человек.

Он предложил мне «работать» у него в театре. Зарплата хорошая, но занята я буду слишком много и часто. Как же Алена, и дом мой, и Цаплин?.. Я отказалась.