15 апреля
Последнюю неделю все было так плохо, что сегодня утром я плакала навзрыд. Как будто кто сердце зажал в тиски. Концерт срывается. Почти наверное его не будет... Мы готовились к нему с января, филармония сама предложила нам его готовить. Скучно описывать закулисные интрижки.
Вчера пришел Николай Семенович Тихонов, милейший, с красоткой, которую зовут Татьяна Ивановна Лагина. Блондинка.
Я пела. Он мне сказал:
— Я ваш крестный отец и буду вашим импресарио.
Но больше всех меня тронул Цаплин. Он плакал. Потом сказал:
— Да, вижу: стала ты настоящим мастером. Завтра достану тебе сахару.
Сидели долго. Николай Семенович замечательно рассказывал про дагестанского поэта Махмуда, которого никто у нас не знает. Он был такой же простой, как и раньше, может быть, ордена и звания его не испортили. Про мой перевод английской баллады «Русалка» сказал, что это гораздо лучше перевода Маршака. Сказал, что я сохраняю в переводе песню даже фонетически. Красотка Таня Лагина льнет к Николаю. Я нарочно при ней подчеркнуто просила Николая передать мою любовь Марии Константиновне.
В общем, мне надоело, что меня хвалят. Ведь толку-то от этого нет! Вот если бы статья о нас (обо мне и моих гитаристах) в «Литературе и искусстве»— это бы да! Характерная черта русских: многословие, привычка к вранью, безответственность за данное слово!
Продолжаем жить бивуаком. Эта некрасивость и неопределенность гнетет меня ужасно.
Свободное копирование
