Долгое будущее - 209

25 июня

Перевела еще семьсот рублей Ванюше. Это за мое любимое шифоновое платье из Лондона. Скоро, скоро уже Аленушка будет со мной! Господи, дай мне никогда больше не расставаться с ней! Недолгий срок, который я дала себе на отдых, истек. Господи, дай мне сил. Вчера откашлянула — мокрота с кровью. Думаю, случайная кровь. Только бы сил хватило прокормить Алену и осенью доехать с ней до Ванюши. Худа я очень... Пою где придется, главным образом по госпиталям. Всех нас, актеров, раненые принимают замечательно, и обычно после концерта начальство приглашает нас выпить чайку со сгущенкой, а на тарелке лежит грудкой черный хлеб. Это самая вкусная еда, но, увы, далеко не каждодневная. Худые все. А на улицах подчас встречаешь просто скелеты. Но русские — двужильны!

Я любила цирк всегда и всюду. Но в Нью-Йорке цирк был ужасный. Действие происходило сразу на трех аренах! Бен быстро увел меня, так как я ревела от негодования и начала скандалить. Все остальные цирки — светлое воспоминание. В Париже я пропадала в Зимнем цирке и таскала за собой Цаплина. Знаменитого музыкального клоуна Грока я видела раз двенадцать. Но то был гений!

Сначала появлялся красивый молодой человек во фраке и прекрасно играл на скрипке (его партнер). Публика, думая, что это Грок, захлебывалась от восторга, и вдруг выходил высоченный, в сером костюме мешком, с маленькой головой, в котелке, клоун с огромным чемоданом. Он ставил чемодан на песок, с грохотом открывал его, вынимал оттуда малюсенькую скрипку и божественно играл на ней. Это был Грок. Так же великолепно он играл на рояле, на концертине, на губной гармонике. Между игрой — диалог с партнером, неподражаемый комизм интонаций и жестов. Цирк грохотал хохотом, люди смеялись так, что слезы текли по щекам. У меня рта не хватало для хохота, даже, казалось, пальцы ног смеялись. Хорошо, когда все тело может похохотать. Грок умел доставлять людям это удовольствие.

В новосибирском цирке нет Гроков. Толпа не поет в антракте какую-нибудь злободневную песенку, как это делали парижане в 1931 году. И в цирковых наших артистах нет той неподражаемой светской элегантности, которая была там. Зато, во-первых, упоительно уютный цирк-шапито. В щели брезента просунуты головы мальчишек, они жадно глазеют на все. Во-вторых, очень талантливый «Рыжий у ковра», а в-третьих, наш русский «всерьез» по поводу самых наивных и примитивных цирковых номеров. Например, выходит Красавец. Голый по пояс, в блестящих, ярких штанишках, с тиарой на голове. Сложен изумительно. Рожа русская, деревенская, недурен (но куда ему до восхитительного Моцардо, которого я видела в Орджоникидзевском цирке-шапито!). Под томные звуки «оркестра» он позирует, шевелит мускулами, изображает статуи. Становится на «пьедестал», и вдруг из пьедестала брызжет фонтанчик! Потом начинает швырять себе в голову тяжеленные гири. Успех колоссальный! Красавец действительно хорош. После него укротитель. Он же стреляет из ружья: правой и левой рукой, а под конец чуть ли не ногой он простреливает качающийся над головой жены блестящий шарик. Дальше: в клетке — четыре великолепных леопарда. Самый большой — свиреп, скалится, рычит и лезет на укротителя, бесстрашно вошедшего в клетку, стараясь цапнуть его огромной лапой. У укротителя всего-навсего хлыстик. У него бледное, утомленно-безразличное лицо. А за клеткой снаружи стоит человек с револьвером наготове, не спуская глаз с леопардов. Стоит и служитель со шлангом. В одном месте укрощения мне стало так жутко, что меня затошнило; я вышла, но у выхода остановилась и вернулась — уж очень любопытно! Стала рядом с мальчишкой-служителем, который стоял с водопроводной кишкой. Он рассказал мне, что самый большой леопард — Папа, самый маленький — Мама, у них есть дети — четверка леопардят, из которых один черный. Их кормят вареным мясом и уже готовят в цирковые артисты. Еще мальчишка сказал, что человек с револьвером — брат укротителя и как стрелок получше его. Еще сказал, что леопарды очень злы и все норовят разорвать укротителя, а он на репетициях беспощадно лупит их дубиной, а не хлыстиком. С мальчишкой я подружилась, зовут его Коля, и он обещал показать мне леопардят.

Люба Фегельман читает лекции о Маяковском. Хороший голос, сама красива. Но к иным людям «презлющая». У нее две маленькие дочки, я иной раз помогаю ей с ними. Люба талантливая, но в женской жизни неудачница. Пожалуй, в ней слишком сильна половая сторона, а это, как ни странно, отталкивает мужчин!..