Из общественных настроений
Когда Деникин подвигался к Москве, в правых омских кругах так ярко выявилось пристрастие кдиктатуре, такая нетерпимость даже к умеренным социалистическим партиям, что блок, объединявший людей различных политических направлений, уже не мог удерживать в своем составе явно враждебные группы. Он распался. Из него выделился демократический союз, которому справа противополагался Национальный Центр.
Демократический центр, признавая единоличную верховную власть только персонально, считал необходимым образование кабинета министров политически солидарного и временного представительного органа для обсуждения законодательных предположений и контроля над органами исполнительной власти.
Национальный центр устами газеты "Русское Дело" твердил только одно -- "диктатура", без всяких ограничений, без всяких перспектив.
Характерен в этом отношении отзыв председателя восточного отдела партии народной свободы Устрялова о Государственном Земском Совещании.
"Партия народной свободы, -- сказал Устрялов, -- относилась и относится отрицательно к идее законосовещательного и законодательного органа, ибо это ослабит, а не усилит диктатуру. Наша точка зрения заключается в необходимости укрепления диктатуры Верховного Правителя. Наш девиз -- не только "диктатор-освободитель, но и диктатор-устроитель" ("Правительственный Вестник", No 253).
Тот же Устрялов, как бы дополняя свою мысль в статье "Власть и общество" ("Русское Дело", 22 октября 1919 г.), говорит по поводу "демократического союза": "Недавно в Омске пробовали организовать своеобразный "демократический союз", долженствовавший представить собой всю "организованную прогрессивную общественность". Но "платформа" этого проектировавшегося союза была составлена так неудачно, что по точному ее смыслу целью соглашения являлась не столько организация признания и укрепления диктаторской власти, сколько организация лояльной оппозиции против нее".
Суживая роль общественных сил только до "организованного признания" власти диктатора, Устрялов рекомендовал немедленно создать в Омске отделение Всероссийского Национального центра. Существование этой организации, по его мнению, устранило бы надобность во всякой другой.
Так писал выразитель мнения одной из наиболее крупных политических партий в то время, когда выяснилось, что длительная диктатура становится язвой разложения государства и общественных сил.
Орган, издававшийся людьми, близкими к правительственным сферам, пользовавшийся казенными материалами и льготами, вытекавшими из родственных связей с больше чем наполовину правительственным Бюро печати, существенно расходился в линиях своей политики с Правительством, оказывая ему дурную услугу.
Правительство желало поддержки не одних буржуазных политических партий, но и умеренных социалистических, а "Русское Дело" определенно третировало всех "петушков", решительно отмежевываясь от демократического союза.
Правительство сочувствовало автономии -- "Русское Дело" даже скромных сибирских областников клеймило прозвищем "самостийников".
Все это было бы не так печально, если бы в ту пору не было вообще поколеблено положение власти и если бы тон и направление кадетского органа не усиливали бы разобщенности власти с умеренными и государственными демократическими кругами, считавшими направление "Русского Дела" правительственным.
Правительство оказывалось почти совершенно изолированным. Никакая партия, никакая общественная организация за ним не стояла, враги же были кругом, недовольные -- всюду.
Свободное копирование
