Реакция
Не черные идеи мракобесов заставляли Омское Правительство издавать один за другим законы об усилении наказаний, до смертной казни включительно, за ряд государственных преступлений, вводить военное положение, назначать генерал-губернаторов. Это была реакция не в смысле политическом, а в смысле естественного явления, реагирования на совершавшееся кругом, Нельзя было отвечать на активность большевиков непротивлением.
Действовали не только большевики, но и эсеры. Они выполняли директиву, данную им из Уфы. Что же удивляться ожесточению военных кругов, которые больше всего страдали от всех мятежей и заговоров? Эта была борьба не на жизнь, а на смерть.
Но реакция против левых впала тоже в крайности.
Я не могу забыть, как в Совете Верховного Правителя еще в январе, незадолго перед моей болезнью, когда я присутствовал в качестве товарища министра иностранных дел, два наиболее близкие к адмиралу представителя военного ведомства развивали теорию массового террора. Один указывал на особенности массовой психологии и книгу какого-то француза об устрашении (он мог бы вспомнить Библию, когда наказания за грехи носили тоже массовый характер), другой шел худшим путем: он ссылался на пример большевиков, которые показывают, как можно принуждать массы к повиновению.
В рассуждениях последнего ярко сказалось происхождение террора справа: действие вызывало противодействие.
Свободное копирование
