Семья и родословная - 5

1986 год. На фото Лена с Ильей

Не стану обстоятельно рассказывать о Лене. Всё, что я счел нужным – расписано по всему тексту моих воспоминаний. А главное, что у нас с ней два замечательных мальчика. Вот о них чуть подробней. Мальчиков особо воспитывать не надо. Они себя сами воспитают – это я понимал на своем примере. Лена над ними охала и ахала, как бы чего... Особенно над Ильей из-за его астмы. А я наоборот давал им волю. Сашок с детства был достаточно послушным. С Ильей были проблемы. После 6-го класса мы решили отдать его в какую-нибудь престижную школу. Он прошел испытания сразу в три. Выбрали Лигу школ с программой воспитания самостоятельного мышления и поведения. Началось обучение с поездки в Крым, где новички (около 20 человек) с тремя преподами и двумя старшеклассниками должны были сентябрь провести в походных условиях. Жили в палатках, пещерах, готовили пищу на костре. При этом с ними велись занятия по истории, архитектуре (Бахчисарай, Севастополь, Херсонес, Мангуп и Чуфут-Кале), биологии (флора и фауна Крыма), астрономии (Ялтинская обсерватория). Родители к участию не допускались, но Лена добилась сопровождать группу при условии следования на отдаленном (100 м) расстоянии и абсолютного невмешательства в процесс. Правда, на третий день режим ей был смягчен. Она присоединилась к преподам. К сожалению, им не удалось дотянуть до конца. У Илья случился приступ, и они досрочно вернулись в Москву.

 Обучение в школе вели суперклассные педагоги со своими концепциями преподавания (школами) - отсюда и название: Лига школ. Детей учили работать с источниками, копаясь в библиотеке и интернете. Темы заканчивались написанием рефератов, которые обсуждались с участием назначенных рецензентов. Обязательным условием обучения было участие в различных олимпиадах, где ученики Лиги школ всегда были в числе победителей. Илья, начиная с 7-го класса становился призером олимпиад МГУ-РГГУ по лингвистике, побеждал в мультитурнирах МГУ. Все бы хорошо! Но у Лены сложилось стойкое убеждение, что эта программа была направлена на зомбирование талантливых ребят (как ни странно, в большинстве русских) в духе: родители ничто, школа всё. Их там еще обучали "культурно" пить, красиво ухаживать (это в 14-15 лет!). Илья не был ангелом. В Елатьме с местными ребятами он уже попробовал вкус самогона и табака. К несчастью школа была на другом конце города. Первый год мы Илью возили и забирали. С восьмого класса он ездил сам. В школе они проводили большую часть суток, поскольку уроки на завтра готовили там. В результате мы у Ильи перестали пользоваться авторитетом. Я пытался построить отношения на принципах общественного договора, но из-за Лены ничего не получилось. Илья все делал по-своему. Когда я ему советовал что-то прочитать, он сходу отвергал, но вдруг возвращался к этой теме, поскольку это же ему советовал товарищ по школе. В школе у него тоже начались конфликты. Директор и преподаватели об их классе говорили, что это был самый талантливый набор за 10 лет существования Лиги. Но одновременно самый трудный, где интересы ребят были направлены не на созидание, объединение усилий в учебном процессе, а на разрушение. Начались гонения на наиболее ярких, эпатажных ребят. Несколько человек выгнали. Тучи стали сгущаться и над Ильей. Надо сказать, что как только Илья поступил в Лигу школ, и был отмечен призами на олимпиадах, ему стали приходить приглашения пройти испытания в другие престижные лицеи и школы. Ради интереса (и поддержания формы) он регулярно куда-нибудь сдавал экзамены, получал проходные баллы. В конце учебы Ильи в 8 классе Лена твердо решила его из Лиги забрать.

Илье похоже было все равно: ряд его товарищей был исключен, еще кто-то решил уйти добровольно. Я вяло противился. Многое в Лиге мне нравились. Но после обсуждения на педсовете "поведения" Ильи и еще пары его одноклассников, я тоже решил, что надо уходить. А уйти было куда. Илья сдал экзамены в знаменитую школу № 57 на Волхонке (где когда-то учились дети членов Политбюро). Она специализировалась на математике, но недавно там появился класс с программой для гуманитариев с упором на историю и литературу. Именно в этот класс поступил Илья. Когда в Лиге об этом узнали, то забеспокоились, Но было поздно. Наш зайчик ускакал.

Я считаю, что 57-я школа была ошибкой. Здесь царили другие принципы: дисциплина, жесткое выполнение требований преподавателей. Шаг влево, шаг вправо карались. При этом, как рассказывал Илья, школьники курили, выпивали, некоторые сидели на "колесах". Он конфликтовал с учителями. Ему не нравилось, как дают историю. Был сделан упор на знание множества мелких фактов и дат без осмысления процессов в целом. Не сравнить с глобальными космическими темами рефератов, которые он писал в Лиге. Его не взяли в Грецию (по программе истории), мотивируя, правда, возможным обострением приступа астмы. Короче говоря, под давлением завуча и в данном случае вопреки желанию Лены я забрал после 9-го класса Илью. Заканчивал он свою родную районную школу рядом с домом. В 9-10 классах он еще побеждал в мультитурнирах МГУ, но олимпиаду по лингвистике продул, хотя был уверен, что, как минимум, должен был получить приз за лучшее решение одной из задач. Потом специалисты высоко оценили его работу, но поезд ушел.

После школы он дважды начинал учиться. Сначала в Институте менеджмента, потом в МЭИ (на отделении лингвистики). Но бросал после первого же семестра. Не нравилось. Уровень преподавания и учебные программы, как он считал, не стоили времени, на них затрачиваемого. А армия Илье не грозила как инвалиду-астматику. Получилось то, что получилось. Конечно, то, что Илья не стал учиться, меня задевает. Но он – необычайно талантливый ребенок, а талантам свойственны нестандартные поступки и решения. Главное, ему нравится его работа, а также осталось увлечение музыкой. Забросил формальную лингвистику, где у него были большие успехи, но способность к аналитике и синтезу дает ему возможность успешно программировать.