авторів

1419
 

події

192710
Реєстрація Забули пароль?
Мемуарист » Авторы » Aleksey_Diky » Достоевский в Художественном театре - 1

Достоевский в Художественном театре - 1

01.09.1910
Москва, Московская, Россия

Достоевский в Художественном театре

 

 Что и говорить -- страшновато начинать повесть своей, театральной жизни с рассказа об одном из самых сложных и, пожалуй, самых неисследованных явлений в истории русской культуры.

 Достоевский в Художественном театре -- может ли быть что-либо более запутанное и неясное! Строго говоря, мы считаем установленным в этом вопросе только одно: что инсценировки романов Достоевского были сомнительным актом с точки зрения принципов репертуарной политики театра, что спектакли Достоевского вызвали гневную отповедь А. М. Горького и стали поводом для газетной полемики, вышедшей далеко за рамки собственно театральные. Но этого мало, чтобы судить о художественном явлении, да еще такой сложности, как позднее творчество Достоевского и пути сценической интерпретации его романов. И если "Бесы" -- произведение сугубо тенденциозное, пасквильное -- не вызывают двух точек зрения, то с "Карамазовыми" все обстоит не просто. Во всяком случае, не так просто, как мы привыкли себе представлять.

 В самом деле, с одной стороны, Горький, истинный друг Художественного театра, друг и доброжелатель, поднимает знамя борьбы против постановки "Николая Ставрогина" как раз накануне его премьеры и намеренно называет свои статьи обобщенно: "О карамазовщине" и "Еще раз о карамазовщине". Пафос горьковского обличения направлен не только против "Ставрогина", но вообще против постановок Достоевского в Художественном театре, точнее -- против Достоевского на сцене в условиях режима общественной реакции. Больше того: Горький вводит в литературу и критику самое словечко "карамазовщина", потому что в последнем романе Достоевского особенно полно и последовательно представлены философские взгляды писателя, выражены противоречия его таланта.

 Но, с другой стороны, если уж следовать русской пословице, утверждающей, что из песни слова не выкинешь, нельзя забывать и о многих достаточно авторитетных свидетельствах, в которых спектакль "Братья Карамазовы" (речь пока только о нем) расценивался как явление художественно значительное. Нельзя забывать, что такая же атмосфера царила в те дни внутри коллектива театра, что Вл. И. Немирович-Данченко видел в спектакле новое слово, "бескровную революцию", равную по значению -- шутка сказать! -- чеховским постановкам театра (здесь Владимир Иванович имеет в виду, естественно, революцию художественную, творческую, открывающую широкие перспективы для дальнейшего расширения психологических и эпических возможностей театрального искусства).

 "Мы все ходили около какого-то огромного забора и искали ворот, калитки, хоть щели. Потом долго топтались на одном месте, инстинктом чуя, что вот тут где-то легко проломить стену, -- писал он за границу Станиславскому, по болезни не присутствовавшему на премьере спектакля. -- С "Карамазовыми" проломили ее, и когда вышли за стену, то увидели широчайшие горизонты. И сами не ожидали, как они широки и огромны... С "Карамазовыми" разрешился какой-то огромный процесс, назревавший десять лет" {Вл. И. Немирович-Данченко, Избранные письма, "Искусство", 1954, стр. 296 - 297.}.

 Что это -- ошибка большого мастера, несбывшееся пророчество или следствие идейной ограниченности, не позволившей Владимиру Ивановичу разобраться в объективной вредности сценического произведения, созданного его собственными руками? Или на этот раз творческие достижения спектакля эмансипировались от его идеологических основ, чего, как известно, не бывает? Ну, а как снять со счетов то обилие высоких актерских удач, которыми был ознаменован спектакль "Братья Карамазовы"? Ведь нельзя же, в самом деле, исключить "Карамазовых" из творческой биографии Качалова и Леонидова, Лужского и Воронова, Кореневой и Москвина!

 Полагаю, что здесь несоответствие мнимое. Оно лишь косвенный признак того, что мы имеем дело с противоречивым явлением. И в этих противоречиях стоит разобраться, если мы хотим знать всю правду о спектакле "Братья Карамазовы".

 Вот я и хочу попытаться по чести, ничего не скрывая, рассказать об этом спектакле, каким я его помню, каким он вошел в мою душу, наполнив ее большими, немеркнущими впечатлениями.

 Я пришел в театр, когда работа над "Карамазовыми" вступала в решающую фазу. Позади -- в предыдущем сезоне -- остались застольные репетиции, захватывающе интересные, по словам тех, кому довелось слышать, как глубоко и ярко анализировал Владимир Иванович роман Достоевского. Был закончен разбор по внутренней линии, по всем многообразным ходам подтекста. Пора было перебираться на сцену, начинать лепку спектакля во времени и в пространстве. А между тем ясного представления о том, во что это все может вылиться, не было, кажется, ни у кого в труппе, за исключением самого Владимира Ивановича.

 Не надо забывать, что принципы этого спектакля, по нынешним временам вполне обычные, тогда были неслыханным новшеством. Инсценировка романа вместо привычной пьесы, сукна вместо строенных декораций, детали обстановки вместо законных интерьеров, чтец за кафедрой -- все это свелось воедино именно в "Братьях Карамазовых". Правда, инсценировать Достоевского до Художественного театра пробовали Суворин и Орленев, в свое время Савина играла Настасью Филипповну в "Идиоте", но все это были непритязательные попытки "приспособления" романа к данным известного актера, попытки, неспособные стать законодателями новых сценических форм. Когда же за дело взялся такой серьезный театр, как Художественный, стало ясно, что он либо докажет правомерность сближения театра с литературой через сценическую жизнь романа, либо заставит навсегда отказаться от этой идеи.

Дата публікації 20.02.2023 в 21:58

Присоединяйтесь к нам в соцсетях
anticopiright
. - , . , . , , .
© 2011-2024, Memuarist.com
Юридична інформація
Умови розміщення реклами
Ми в соцмережах: