Суббота, 20 октября
После завтрака узнал о смерти бедного Шопена. Странно: утром, перед тем как вставать, я уже был застигнут этой мыслью. Вот уже несколько раз, как я испытываю такого рода предчувствия. Какая потеря! Сколько подлецов живет преспокойно, в то время как угасла такая великая душа! Прогулка по саду. Прощался с прекрасными местами; их очарование в самом деле восхитительно. Это очарование очень мало чувствуют местные обитатели. Среди всего этого добрый мой кузен толкует только об акрах земли, об улучшениях, о заборах или о ссорах с муниципальными властями. Вот почему большую часть времени я остаюсь молчаливым и подавленным. Особенно тяжелы обеды, где обычно все изливаются. Неужели они этим счастливы? Прогулка с Борно в Анжервиль в шарабане. Большая часть елей возле церкви срублена. Увы! эти места изменились все же меньше, чем люди, которых я там увидал.
Вернулись через Терульдвиль и посетили маленькую церковь. Это местечко очень растрогало меня. Церковный дом очарователен. Я говорил Борно о мирной жизни священника в таком местечке. Мои соображения не трогают его, и на обратном пути он опять вернулся к своим акрам земли, травосеянью и т.д. Спускаясь по крутой дороге, огибающей его лес, он показывал мне сделанные им улучшенья, разработки, печь для обжигания кирпичей и т.д. Мы проехали мимо кладбища: я не мог удержаться, чтобы не подумать о месте, где лежит мой бедный Батайль. Я был нем, грустен, заледенел; и ни малейшего желания чего-либо.
Свободное копирование
