Понедельник, 23 апреля
Я думаю, что исходя из тех данных, которые сами бросаются нам в глаза за последний год, можно утверждать, что всякий прогресс должен по необходимости приводить не к еще большему прогрессу, а как раз к отрицанию прогресса, — возвращению к точке отправления. Вся история человечества доказывает нам это. Но слепая вера этого поколения, как и предыдущего, в наступление новых времен, в близость какой-то эры в жизни человечества, долженствующей принести полное обновление всего (хотя, по-моему, прежде чем изменять судьбы человечества, она должна была бы изменить самую природу человека), — эта странная уверенность, которую ничто не оправдывает в опыте прошлых веков, остается несомненно единственным залогом будущих успехов революций, столь желательных для судьбы всего человечества.
Разве не очевидно, что прогресс, или, вернее, поступательный ход вещей в хорошую и в дурную сторону, привел в настоящее время общество к пропасти, куда оно несомненно может упасть, уступив место полному варварству. И основанием, единственным основанием, этого, разве не является закон, господствующий над всеми остальными законами в этом мире, а именно: необходимость изменения, каково бы оно ни было? Надо изменяться. Nil in codem statu permanent. То, к чему пришла античная мудрость, прежде чем было произведено столько опытов, мы должны принять и этому покориться. То, что среди нас обречено на гибель, несомненно должно будет переродиться или удержаться где-то в другом месте более или менее продолжительное время.
Ужасный Пророк, представляющийся, по-видимому, его творцу прогрессом, в действительности есть полное падение искусства. Повелительная необходимость, приведшая его к убеждению, что он создает лучшее или нечто отличное от того, что сделали до него, словом, необходимость изменения заставила его потерять из виду вечные законы вкуса и логики, управляющие искусством. Все эти Берлиозы и Гюго, все эти пресловутые реформаторы не дошли еще до отрицания тех законов, о которых мы говорим, но они заставили поверить, что можно создавать нечто вне истины и разума. То же самое и в политике. Выйти из колеи можно, лишь возвращая общество в состояние детства; одичание, наступающее в результате последовательного ряда реформ, есть необходимое следствие резких перемен. Моцарт говорил: «Передача сильных страстей никогда не должна вызывать отвращения; даже в наиболее ужасные моменты музыка не должна оскорблять слуха и обязана оставаться музыкой» («Ревю де де монд», 15 марта 1849, стр. 892).
Свободное копирование
