15 сентября 2001, суббота.
Все заботы и повседневные дела отошли на второй план. Внимание всех людей сосредоточено на том, что случилось 11 сентября. По телевизору стали передавать выступления людей, разыскивающих своих родных или друзей, работавших в МТЦ, показывать их фото. Приходит осознание того, что погибли не просто абстрактные люди, а тысячи реальных людей, каждый – со своим лицом и своей судьбой. Теплые, любящие, любимые, преуспевающие в жизни, имеющие детей, родителей, жен, мужей, друзей. Во время спасательных работ погибло несколько сот пожарных, полицейских и спасателей. Точно сейчас сказать не могут. Когда слушаешь истории этих людей, рассказанные их близкими, хочется оплакать каждого.
В первые дни после взрывов все были растеряны и подавлены. Даже президент, выступая с речью по поводу случившегося, говорил какие-то дежурные слова и казался напуганным. Только мэр Нью-Йорка Джулиани и губернатор Патаки стали быстро и очень толково организовывать работу пожарных и спасателей. Очень скоро американцы освободились от подавленности, и я восхищена тем, как они любят свою страну. Со всех концов в Нью-Йорк съезжаются добровольцы, чтобы помочь разбирать завалы, их больше, чем можно задействовать. Люди сдают кровь для пострадавших, образуют фонды помощи. Везде: на улицах, на крышах домов, на каждом автомобиле, на одежде людей, – американские флаги. Члены Сената и Конгресса вышли на ступени Капитолия и пели гимн «Америка, ты прекрасна!»
А журналисты уже расследуют, как могло случиться это дерзкое, вызывающее преступление. Оказалось, что все четыре самолета, вылетевшие из разных аэропортов, были захвачены арабскими террористами и направлены в Вашингтон и Нью-Йорк, чтобы сделать свое подлое дело. В одном из самолетов, видимо, произошла борьба между террористами и экипажем, самолет рухнул, не долетев до цели. В захваченных самолетах летело около 300 человек.
Расследования обнаружили удивительную халатность американцев. Диспетчеры в аэропортах не заметили, как четыре самолета сбились с курса, в самолетах не предусмотрены элементарные меры безопасности для экипажей, даже такие здания, как пентагон и Белый дом, не имеют никакой воздушной защиты. Все сейчас говорят об этом, об американской беспечности и иллюзии неуязвимости.
Я пишу об этом и вижу, что мои слова будто бы дышат осуждением. Однако это не так, совсем не так. Я очень, очень сожалею о случившемся не только потому, что погибли ни в чем не повинные люди, но и потому, что в этой стране меня привлекает больше всего именно эта беспечность, ощущение неуязвимости. Они просто свободны. Это состояние очень трудно описать словами, но оно ощутимо во всех жизненных проявлениях. Я боюсь, что после случившегося американцы начнут закручивать гайки и потеряют свою изумительную привилегию свободы от страха.
16 сентября 2001, воскресенье.
Вчера часа в три-четыре утра я вдруг проснулась от звука не то сирены, не то гудка. Так как нервы у нас всех сейчас напряжены, со сна мне показалось, что это – сигнал тревоги по поводу очередного налета или что-то вроде этого. В полусонном состоянии я почему-то вначале стала закрывать открытые на ночь окна в своей комнате и у Клары, потом побежала к телевизору, чтобы прояснить обстановку, на ходу соображая, что надо делать с Кларой. Но так как по телевидению никаких тревог не объявлялось, а гудение прекратилось, я снова заснула. Утром мне объяснили, что это сигналила расположенная неподалеку пожарная станция. Я описываю это незначительное происшествие, чтобы показать, как быстро страх овладевает людьми и начинает управлять ими.
Свободное копирование
