25 октября 2000, среда.
Прошло месяца два после пышной свадьбы. Аманда с мужем разводятся. София только пожала плечами.
29 октября 2000, воскресенье.
Уехала моя голубушка Надя. Я и рада за нее, потому как она рвалась домой, и пусто без нее стало. Я уже привыкла к тому, что каждый день мы разговаривали по телефону, делились впечатлениями, жаловались друг другу на свое житье-бытье, встречались по выходным. Очень сблизила нас американская жизнь. Я этому рада безмерно, потому что часто разлуки отдаляют людей, трудно потом налаживать связи.
Проводили Надю в той семье очень хорошо, благодарили за хорошую работу. Но особенно тепло прощались с ней у нас дома. Здесь ее все обожают, особенно София. Она так переживает, что места себе не находит от волнений. Я даже беспокоюсь за ее здоровье. Николь приехала с кучей подарков. Все звонят, беспокоятся, чтобы Надя благополучно добралась домой.
Я тоже, конечно, переживаю и жду известий.
30 октября 2000, понедельник.
Надя уже дома. Как часто мы с ней мечтали, как мы будем возвращаться в Россию. Надя говорит, что все оказалось совсем не так, как мы воображали. Надя провела здесь всего четыре с половиной месяца, но и за это короткое время успела привыкнуть к улыбчивости, вежливости, доброжелательности американцев, к тем удобствам и красоте, которые они для себя создали. Россия поразила ее атмосферой безысходности, всеобщего несчастья, угрюмости и агрессивности измученных лишениями людей. Что же ожидает меня по возвращении?
Я все время думаю о безродности и бесстыдстве наших властей. Ведь они часто ездят за границу и видят, как живут люди в других странах. Но у них не болит душа о судьбе своего народа. Все их помыслы направлены на то, чтобы откусить кусок пожирнее от общего пирога.
Свободное копирование
