Пир после чумы...

   Пир после чумы...

   В один из "праздных" карантинных вечеров нас, приезжих врачей, пригласили на бесбармак (мясо по-казахски). Хозяин, местный врач, сказал:

   - В честь окончания вспышки. Мы это отметим в нашем доме. Для вас выберу самого жирного барана.

   ...Уже во дворе почувствовали аппетитный запах, шедший от большого котла. Возле него суетились несколько женщин, раскатывавших тесто. А в доме уже ждал кипящий самовар. Нас было человек двадцать - двадцать пять. Это не просто был ужин. Нас ждал торжественный пир ("той"). Кто-то из местных "бастыков" (начальства), специалисты райбольницы, наша гостевая врачебная братия, в общем, собрались, дабы отметить победу над чумой. Пир после чумы.

   - Келеныз, конактар, - это хозяин и его жена нас приглашают в дом.

   Степенно рассаживаемся за дастарханом. Во главе дастархана - наши гости (москвичи, саратовцы, алмаатинцы), кто-то из руководителей райисполкома и райбольницы, кзыл-ординцы. Местные врачи скромно размещаются ближе к самовару. В этом тоже дань гостеприимству.

   Наши кости со всякими суставами привыкли только к стулу. А тут - фактически сидим хоть на коврах и специальных "корпеше" (одеялах), но все равно - на полу. Ноги не гнутся, спина без опоры не держится. Можно полуулечься, но тогда как чай пить. Я здесь уже давно, но и мои суставы не столь гибкие, чтобы чувствовать себя рыбой в воде. Сидим, ерзаем, всё позу ищем. Но постепенно как-то приспосабливаемся, начинаем разговоры разговаривать.

   Пока "чайкуем". На дастархане свежеиспеченные бауырсаки (что-то вроде наших пончиков, жареных в масле), еще горячие ароматные лепешки ("табанан"), которые со сливочным маслом - сплошное объедение, обязательные изюм, орехи, сушенные фрукты, конфеты. Как-то незаметно на дастархане появляются бутылки с коньяком, а возле нас и рюмочки. Какое же "чайкование" без коньяка? Хозяин открывает наше "застолье":

   - Всё тяжелое позади, сегодня мы отдыхаем. Спасибо нашим гостям за помощь району. Наша хозяйка готовит бесбармак. А мы пока почайкуем. Алыныз (угощайтесь).

   Пошли по кругу пиалы с чаем, заполнились рюмки. По традиции хозяин представляет присутствующих, называя имена и должности, хоть мы в обшем и знакомы уже за время чумных баталий. Но порядок есть порядок.

   Так, дело пошло. Уже возникает "шум в зале", тосты и разговоры соседей. Вроде бы допиваем бутылки, но они как-то незаметно вновь оказываются полными. Хорошо. Уже и сидеть стало легче, и про свои негнущиеся тазобедренные подзабыли... Приносят свежий, только что с огня, куырдак. Это блюдо из жареных в казане на бараньем жире мелко нарезанных кусочков легких, печени, и прочих внутренностей. Аппетитное блюдо. В какой Москве найдешь такое? Как же под него не сказать тосты?

   Умяли, запили. А хозяйка меняет самовар, принесли другой, кипящий. Апофеоз нашего пира - принесли блюда с мясом. Их несколько. На все уложена казахская "лапша", она - широкими квадратными пластами, тонкая, нежная. На ней горкой крупные куски мяса. Хозяин и кто-то из местных знатоков берутся за дело, нарезают мясо мелкими кусочками. Кости все имеют свое значение. Их с остатками мяса хозяин раздаёт уважаемым гостям. Пока будет длиться церемония разделки, гостям негоже сидеть и глотать слюнки.

   Хозяин на отдельном блюде подает голову барана "главному" из гостей. Но этот "главный" даже не знает, что с ней делать, и, по совету, передает ее своему соседу, представителю райисполкома. Тот отрезал правое ухо и передал его для ребенка хозяина с пожеланием, чтобы тот слушал и слушался старших. И для себя отрезал кусочек и передал блюдо с бараньей головой хозяину.

   Наступает самая главная и веселая церемония. Если хозяин с юмором, смех гостей обеспечен. Он будет отрезать различные участки от головы, и передавать их из рук в руки кому-то из гостей с обязательной присказкой. Язык - тому, кому по роду работы приходится много говорить. Глаз отдаст тому, кому нужно отличное зрение. В общем, всем и каждому найдет долю и свою присказку-пожелание.

   И наконец слово самому уважаемому. Первый тост под мясо считается самым

   торжественным. Тост запили, начинается главная работа. Кто не ел свежий и сочный горячий бесбармак во время тоя, не знает вкуса настоящего степного мяса - баранины. Ни говядина, ни свинина с ним не сравнятся. От горячего мяса не просто поднимается легкий пар, это ароматы привольной степи, аромат степных трав и кочевья. А сорпа? Густой, наваристый и жирный суп-бульон, в котором варилось мясо и, после него, лапша, картошка. Сто лет пройдет, и всё равно буду помнить вкус и аромат казахской сорпы!

   И опять чайкуем. Теперь всем хочется говорить. С соседом, со всеми. Расходимся поздним вечером, вернее, уже ранней ночью. Вот такой пир после чумы. Заслужили? Да. Спасибо хозяевам и местным специалистам за это пиршество. Для приезжих это экзотика. Для нас - дружеское уважение. Для хозяев - удовольствие, ибо принять гостей всегда было для казахов таковым.