28 марта
Утром занимался, а днём пришёл в Консерваторию, чтобы с Безродным играть «Балладу» у Блуменфельда. Блуменфельд сказал, что он ничего в ней не понял, а если что и понял, так то ему совсем не понравилось. Однако заставил нас повторить «Балладу» и сделал целый ряд любопытных указаний, не только касательно исполнения, но и о разных удвоенных басах, и прочее. Велел поучить и принести ещё раз. Вечером отправился к художнику Раушу, который приезжал меня приглашать к себе играть Сонату, которая многих заинтересовала. Приезжал он ко мне в стареньком пиджачке. Я одел смокинг, но у него, оказывается, парадный вечер, все во фраках и я в смокинге чувствовал себя неловко. Сами Рауши очень милы и просты, а их общества я совсем не знал: Соната имела успех. В двенадцать часов ночи я поспешил покинуть их особняк, оставив шумную компанию, собиравшуюся танцевать.
Свободное копирование
