26 ноября
Играл Ор.111 Бетховена, учил партитуру «Аиды», сочинял темы для симфошки - всего по-чуточку. В час понёс Ор.111 на урок к Анне Николаевне. Бедняга возится с ужасным кашлем: то ей не позволяли показываться на улицу, а теперь и по квартире запретили ходить - велели сидеть безвыходно в одной комнате. Урок носил несколько экзотический характер: я играл в гостиной, а она сидела в спальне; Позняковская же прибегала к роялю и говорила, что Анна Николаевна просила сделать такой-то и такой-то оттенок. Сонату я играл неровно и невыдержанно, по мнению Анны Николаевны, но она нашла, что соната в моём духе и могла бы у меня выйти хорошо.
Потом с Черепниным проходил партитуру «Аиды». Так как у нас репетиций мало, то сам он предварительно не будет проходить её с оркестром, а поручает это делать мне. Это интересно; надо только хорошенько вызудить партитуру. Вызудить-то, конечно, и думать нечего, более или менее познакомиться, думаю, успею.
Вечером пошёл на ученический вечер; программа не обещала быть интересной, но всё равно, я люблю наши ученические вечера. Первое отделение я просидел с Дамской и её довольно славненькой сестрой, и скучно не было. Неожиданно для меня пела Умненькая; зал её встретил аплодисментами, но пела она не очень хорошо. В антракте я её не видал, зато в упор налетел на папашу, который, к моему величайшему изумлению, засыпал меня любезностями. Второе отделение я сидел с Володей Дешевовым, с которым страшно давно не виделся. Он, по обыкновению, мил, занимается по семь часов в день, но всё же не успеет кончить в этом году и откладывает до будущего года. Между прочим, он сообщил, что Тамочка Глебова вступила в гражданский брак с каким-то артистом и уехала со своим мужем в своё рязанское имение. Мне сначала показалось это забавным, а потом я решил, что она молодец, настоящий молодец!
Во втором отделении появилась Бушен, пять раз пересаживалась на разные места, чтобы я её видел, но я решил не обращать внимания, несмотря на все старания.
Свободное копирование
