10 августа
Наше утреннее появление было встречено ледяной отповедью Веры Николаевны, которой стены и двери донесли о ночных безобразиях. Карты арестованы. «Винт» запрещён. Таля ухмыляется, глядя на побледневшее лицо Сержа.
Вечером я взял Нину за руки и спросил, пойдёт ли она гулять. Нина сразу согласилась. Олег привязался третьим и испортил всё дело. Этот момент подготовлялся длинной ссорой и, будь я с Ниной вдвоём, он был бы очарователен, теперь же вышла обыкновенная прогулка. Жаль, ужасно жаль!
Мы зашли на кегельбан. Затем вернулись домой. За чаем Нина сразу изменилась. Смеялась, болтала со всеми, вообще чай прошёл с шумом и гвалтом, как бывало раньше.
11 августа
С наступлением прохлады гуляли по кипарисовой аллее. Нина и я удрали на берег и, уйдя далеко, сидели на большом камне, вдававшемся в море. Волны бегали вокруг и обдавали нас брызгами. Нина шалила и кокетничала. Увлеклись и опоздали к обеду, а так как торопились и бежали, то явились в растерзанном виде. От Веры Николаевны сердитое замечание, а другие всячески проезжались насчёт красных щёк и растрёпанных причёсок.
Свободное копирование
