Глава одиннадцатая
На Лубянке
Итак, за роковыми воротами.
Сначала заперли в чуланчик — бокс. Затем все процедуры, которые описывать не буду, так как они очень детально и живо изображены А. И. Солженицыным в последней главе романа «В круге первом». Ничего к этому прибавить нельзя.
«Дважды не говорят об одном».
Потом по бесконечным лестницам, поднимаясь в лифте, меня провели почему-то не в камеру, а в просторный кабинет, где сидели два-три следователя.
Один из них, человек лет сорока пяти, с грубым еврейским лицом, похожий на мясника, в мундире подполковника, меня приветствовал прозаическим возгласом:
«Здравствуйте! Когда это вас арестовали?»
Я: «К моему удивлению, сегодня ночью».
«Да, да, я хорошо понимаю ваше удивление. Вы, верно, удивились, что вас только сегодня арестовали. Прочтите вот это».
И он положил на стол передо мной бумажку с текстом, отпечатанным на машинке. В бумажке было сказано:
«Ввиду того, что гражданин Левитин Анатолий Эммануилович, 1915 года рождения, проживающий ныне в г. Москве по Большой Спасской улице, 15, кв. 2, бывший священнослужитель (диакон), ныне работающий учителем русского языка и литературы 116 школы рабочей молодежи, в своих разговорах занимается антисоветской агитацией и систематически дискредитирует политику Советского Правительства, а также собирается бежать в Америку и таким образом может уклониться от суда и следствия, считаю необходимым применить к нему в качестве меры пресечения арест.
Следователь МГБ подполковник Круковский.
УТВЕРЖДАЮ.
Прокурор г. Москвы по специальным делам Дорон.
бЛ/1 1949 г.».
Вскоре после этого раздался телефонный звонок. Один из следователей поднял трубку. Прослушав что-то, сказал в трубку: «Хорошо». Затем взял у меня бумагу, сказал своему товарищу:
«Саша звонил, что больше не вернется. Просил увести арестованного».
Нажал кнопку. Пришедший чекист взял меня под руку. Опять длиннейший переход.
Свободное копирование
