авторів

1138
 

події

156811
Реєстрація Забули пароль?
Мемуарист » Авторы » Valery_Osypov » Я ищу детство - 8

Я ищу детство - 8

08.01.1940
Москва, Московская, Россия

…Я стою у стен Преображенского монастыря. За спиной у меня — туберкулёзная больница. Слева — вход на Преображенский рынок и длинный, скорбный въезд на Преображенское кладбище. А прямо передо мной — полукруглое белое пятиэтажное здание с характерными признаками архитектуры тридцатых годов. Это корпус № 1 дома № 24 по Преображенскому валу. Это мой родной дом.

И я боюсь подходить к своему дому. Я стою напротив него, в пятидесяти метрах, и боюсь переходить через трамвайные пути, потому что столько воспоминаний нахлынет сейчас на меня, столько знакомых голосов услышу я, столько близких людей выйдет навстречу мне из моего родного дома, что сердцу человеческому может оказаться и не под силу такая встреча со своим прошлым, такое свидание со своим собственным детством и юностью.

Я всё-таки перехожу через трамвайные пути и подхожу к своему дому. Он постарел, мой первый корпус, осыпалась кое-где краска с его стен, и, словно раны на теле ветерана, видны причудливые пятна голой штукатурки, незащищённые от ветров и морозов. И вообще — он очень старомоден сейчас, мой родной дом, построенный. когда-то в тридцатых годах, не строителями, а рабочими Электрозавода и ткачихами фабрики «Красная заря» методом народной стройки — в свободное от работы время.

Я медленно иду вдоль своего первого корпуса от третьего подъезда к первому и незаметно для самого себя вхожу в Палочный переулок. Я останавливаюсь на углу своего дома, поворачиваюсь налево и вижу перед собой свой двор, в котором прошли моё детство и юность. А чуть дальше — моя школа.

Я стою в Палочном переулке и смотрю на свой двор. Здесь прошло моё отрочество, здесь я играл в футбол, в расшибаловку, в колдунчики, в отмерялы, здесь я дрался с друзьями-мальчишками, дразнил соседних девчонок, здесь начиналась моя жизнь, здесь начинался для меня мир, весь белый свет — здесь начиналось всё.

Это — начало моей жизни, моё начало. Мои первые шаги по земле, моё первое небо… Через этот двор я бегал четыре года в школу. В этом дворе жили сёстры Сигалаевы — вон из того, из моего шестого подъезда вышла когда-то в длинном белом платье вместе с Колькой Крысиным рыжая Тоня Сигалаева и медленно пересекла наш двор, потом Палочный переулок и исчезла в глубине «вшивого двора».

Вот он — «вшивый двор»! Прямо передо мной. Вот оно, гнездо знаменитых Преображенских жуликов и бандитов, из которого вышли все они — Буфет, Кесарь, Батон, Арбуз и Люлютя, родные братья, гроза и ужас Преображенки, сыгравшие и в моей судьбе немалую роль, а какую — плохую или хорошую? — я и сейчас затрудняюсь сказать.

Вот она стоит около развалившихся деревянных ворот, легендарная мама Фрося, родоначальница «почтенного» воровского клана, неуловимая фармазонщица, ловкая спекулянтка и беспощадная сводница.

Вот он, передо мной, «вшивый двор»: деревянный одноэтажный дом Крысиных с мутными окнами, похожий на хлев (весь какой-то косой в разные стороны, словно навечно пьяный); вросшие в землю по крышу вонючие свинарники, в которых всегда хрюкали два чумазых, как неумытые черти, кабана; какие-то замызганные ящики, будки, чуланы, собачья конура, в которой почему-то жил драный кот с обрубленным хвостом по кличке Санька; и, наконец, высокая голубятня с голубиной клеткой, забранной со всех четырёх сторон мелкой железной сеткой, и сами голуби — турманы, почтовые краплёные сизари, — лучшие голуби на всей Преображенке, единственная светлая сторона в чёрном быту воровского семейства (друг друга все Крысины ненавидели, а голубей любили).

А вот и он сам, родоначальник династии, Фома Крысин, спускается босиком с крыльца на двор — нечёсаный, в нижней рубашке распояской…

Я отчётливо вижу сейчас всё подворье Крысиных. И даже не таким, каким оно было до войны, а таким, каким оно было ещё раньше, в ту самую пору, когда Фома Крысин сколотил в нэпманские времена свою банду и чёрная слава о нём грянула по всей Преображенке, Сокольникам и Черкизову.

Вот он выходит из ворот «вшивого двора», старший Крысин — среднего роста, слегка косолапый, плечистый мужик в сапогах, приземистый, носатый, с быстрыми цепкими глазами, рука в кармане — на рукоятке нагана, за голенищем — финский нож. Вот он садится в трамвай и уезжает в Марьину рощу, где находилась главная база всей его банды. А ночью они выйдут на своё первое дело, и начнётся эпопея ограблений, скоков, налётов, взломов, заставившая трепетать всю нэпманскую аристократию Москвы, захлёбывающуюся от шальных денег и скороспелых капиталов.

Своё первое дело Фома Крысин обладил просто: над ювелирным магазином Фуремса была пробита в потолке маленькая дыра, в неё просунули и раскрыли большой пляжный зонтик. И весь остальной мусор, когда долбили широкий лаз, падал в зонтик. Всё было сделано тихо (железный костыль, по которому били кувалдой, обмотали тряпкой) и без следов. Два специалиста вскрыли сейфы с драгоценностями за десять минут. Смести золотишко и камушки в кожаный саквояж понадобилось и того меньше — три минуты.

И только одна оплошность была допущена при этой, в общем-то, образцовой операции — пляжный зонтик со следами потолочной извёстки и штукатурки был забыт на чердаке над магазином Фуремса.

— В ж… они у меня открыли этот зонтик, в ж…! — отчаянно кричал утром старый Фуремс, держась руками за голову, когда прибывшая в магазин милиция нашла на чердаке зонтик и определила его назначение.

Сыновья Фуремса, крепкие ребята, мрачно смотревшие на отца во время этой сцены, молчали. При всей невосполнимости убытков их разбирал смех. Раскрыть зонтик у старика именно в том месте, которое он назвал (за то, что, ворочая миллионами, скупится нанять ночного сторожа), представлялось им делом весьма заманчивым.

— Гражданин начальник! — хватал тем временем хозяин магазина за рукава сыщиков. — Если мне не изменяет память, а она мне не изменяет никогда, Советская власть стала наконец такой умной, что теперь она защищает частную торговлю. Так я вас спрашиваю — и где же эта защита? Приходит бандит и забирает всё, что семья горбом нажила за долгие годы!.. Как я открою сегодня магазин? Чем я буду торговать? Зонтиками?.. Это же позор! Меня знают в Европе!.. Фуремс — это же фирма! И что от неё осталось? Дырка в потолке… Ой, зачем я только поверил вам, что вы сумеете защитить торговлю?

Сыщики отмалчивались. Заботы фирмы «Фуремс и сыновья» мало волновали их. Беспокоило другое — дерзость и остроумие ограбления, а главное — совершенно незнакомый почерк грабителей. Если допущена такая оплошность и забыт на месте главный предмет дела — зонтик, значит, орудовавшая шайка ещё совсем свежая, без опыта, значит, банда только ещё сложилась и в ближайшем будущем от неё надо ждать новых преступлений.

Дата публікації 04.08.2020 в 20:53

Присоединяйтесь к нам в соцсетях
anticopiright Свободное копирование
Любое использование материалов данного сайта приветствуется. Наши источники - общедоступные ресурсы, а также семейные архивы авторов. Мы считаем, что эти сведения должны быть свободными для чтения и распространения без ограничений. Это честная история от очевидцев, которую надо знать, сохранять и передавать следующим поколениям.
© 2011-2022, Memuarist.com
Юридична інформація
Умови розміщення реклами
Ми в соцмережах: