17 марта
Два раза звонила София из Стокгольма. Первый раз узнать, получил ли я приглашение (на приезд в Швецию с Тяпой и Ларисой) на премьеру «Сталкера». Никакого приглашения, посланного мне через Посольство СССР в Швеции и Госкино, конечно, я не получал. Второй раз она звонила в полной растерянности (выполняя свою роль посредника и переводчика), ибо им ответили через посольство, что я в Италии (?!). Я посоветовал дать телеграмму на имя Шауры и Ермаша. Вряд ли это поможет. Впрочем, я никогда не сомневался, что из этой поездки вряд ли что-нибудь получится.
Ермаш не дремлет. На днях был у него. Он ужасно «беспокоился», что я до сих пор не работаю, что мне не надо ждать итальянцев с их картиной, а следует немедленно запускаться с «Идиотом». Он вызвал меня, чтобы «поставить галочку» в связи с моим письмом в президиум съезда. Я сказал ему, что за два часа, в течение которых длилась наша беседа, мы так ни к чему и не пришли. Назвал Матвеева холуем. Сказал, что служить буду, но холуем быть не могу. Поссорились.
Звонил Тонино в свой день рождения: а я забыл об этом дне.
Вроде постановка «Ностальгии» будет. Посмотрим. Итальянцы прислали телекс в Госкино (Ермаш ничего мне не сказал о нем).
У Толи Солоницына рак легкого. Была операция, и ему вырезали часть легкого. Попробовать похлопотать о государственной квартире для него.
Сегодня был у англичан на приеме в надежде получить свое кольцо, которое я оставил в Лондоне, но, к сожалению, Гордон не принес его сегодня.
Вечером ужин у Гавронского — в четверг едет в Рим.
NB. Не забыть позвонить Тонино 27-го в три часа дня от Гавронского.
Работаем с Аркадием над «Ведьмой». Получается неплохо.
Свободное копирование
