|
Дело не в том, что в течение нескольких лет мы были соседями по даче на Красной Пахре и наши участки разделял слабоокрашенный деревянный заборчик, возле которого мы часто стояли разговаривая. Дело в том, что мы оказались соседями по времени, по тому развеселому, разнесчастному,.. Ещё
|
|
|
Прошло дней десять или двенадцать, не помню точно сколько, очень немного. За это время кончилась зима. Внезапно пришла телеграмма: "Прошу прийти в редакцию для разговора. Твардовский". Не помню уж, почему телеграмма. Может, не работал телефон, не могли дозвониться... Ещё
|
|
|
Редактора для рукописи вскоре нашел сам Твардовский - Тамару Григорьевну Габбе. И должен сказать, что мне необычайно повезло и даже, точнее, посчастливилось с этим редактором. Тамара Григорьевна была близким другом Маршака, а Маршак был другом Твардовского,.. Ещё
|
|
|
С Твардовским не было встреч до конца лета, когда я принес в "Новый мир" законченную рукопись. Габбе считалась внештатным редактором, теперь следовало отдать повесть на просмотр и, может быть, доработку штатному новомирскому редактору. Им оказалась дама средних лет, восседавшая в одной из клетушек.. Ещё
|
|
|
Мне было сказано, что повесть планируется на осень. Она вышла в двух номерах: октябрьском и ноябрьском 1950 года. Моя жизнь изменилась. Внезапно я стал известным писателем. Теперь сомневаюсь: писателем ли?.. Ещё
|
|
|
В январе в "Правде" появилась статья Л. Якименко, положительно оценившая "Студентов". Верховное одобрение пришло. По тем временам это был громадный успех. Мне звонили товарищи, поздравляли. Посыпались всякие лестные предложения: с "Мосфильма", из театра, радио, из издательства... Ещё
|
|
|
Первое время я боялся встреч с читателями. Меня пугала не возможная критика, а необходимость выступать самому. Выступал я плохо, мямлил, бормотал и часто разочаровывал слушателей. Встречи длились обычно три, четыре часа, и уставшая публика ждала к концу в виде отдыха и развлечения остроумную речь... Ещё
|
|
|
Было несколько встреч в баре на Пушкинской. Александр Трифонович жил тогда рядом, на улице Горького, в бар заходил часто. А мы, бывшие студенты Литинститута, и вовсе считали бар своим домом. Всегда после стипендии туда! Помню, пришел с Евдокимовым. Твардовский увидел меня, пригласил за столик... Ещё
|
|
|
Другой раз там же, в баре. Опять случайная встреча. Твардовский сидел с каким-то писателем, познакомил меня. Был январь. Писателя, сидевшего с Твардовским, не помню. Помню только, что Александр Трифонович говорил ему "ты" и держался с ним по-простому, но немного свысока... Ещё
|
|
|
Весною, кажется, в апреле, в Москве собрали Второе совещание молодых писателей. На Первом совещании, в 1947 году я был в семинаре у Валерии Герасимовой и подвергся убойной критике за два рассказа. Теперь попал в семинар к Гроссману. Как раз во время совещания в "Правде" появилось сообщение о премиях Ещё
|
|
|
Но настоящая "осада" началась недели через три. Как гром среди ясного неба - исключение из комсомола за то, что я скрыл, что являюсь сыном врага народа. Начался новый пароксизм шумихи вокруг "Студентов", на этот раз скандал. Теперь уж я стал действительно знаменитостью... Ещё
|
|
|
Через год, весною пятьдесят второго, когда положение мое несколько упрочилось и определилось - а то было неясно, то ли я лауреат, то ли сын врага народа, едва не исключенный из комсомола - в "Молодой гвардии" вышла наконец книга, я пришел в "Новый мир" просить командировку. Хотелось уехать подальше Ещё
|
|
|
И потом в том же пятьдесят четвертом я пришел в журнал с просьбой о договоре на новый роман. Признаться, надеялся получить аванс, так как сидел без денег. Дело обыкновенное. Премия давно растаяла, деньги за молодогвардейскую книгу пролетели,.. Я был нищ, у меня не было квартиры,.. Ещё
|
|
|
В пятьдесят восьмом сочинил несколько туркменских рассказов, и очень захотелось понести их Александру Трифоновичу, который как раз тогда опять возглавил журнал. Обида помнилась мне, но слабо. Кого только не обижали в те годы! Ещё
|
|
|
С этого времени примерно на шестилетие я стал автором "Знамени". С Александром Трифоновичем почти не виделся. Была встреча на похоронах Тамары Григорьевны Габбе в шестидесятом году, и опять я невольно сделал так, что восстановил Александра Трифоновича против себя... Ещё
|
|
|
В конце шестьдесят второго года, когда я закончил роман "Утоление жажды" и Кожевников вдруг отказался его печатать - а я писал роман по договору со "Знаменем", - из "Нового мира" прилетело предложение показать роман. Предложение от Евгения Герасимова, который заведовал отделом прозы... Ещё
|
|
|
В 1964 году мы с Александром Трифоновичем оказались соседями по дачному поселку Красная Пахра. Александр Трифонович купил дом недавно умершего Дыховичного, я почти одновременно приобрел недостроенную дачу Слободского. Участки находились рядом и соединялись калиткой... Ещё
|
|
|
Зимою шестьдесят пятого я на Пахре не жил, только недели две в январе. Александр Трифонович жил на даче круглый год. Житье там ему, по-видимому, очень нравилось. Время было шумное, журнал набирал высоту и силу. Верней сказать, высоту он набрал года два назад, когда появился Солженицын... Ещё
|
|
|
Я же встречал АТэ возле забора, разговаривал о сжигании листьев, уборке мусора. Зимою по вечерам мы сталкивались на темных обледенелых аллеях издалека были слышны его твердые шаги и стук палки. Той зимой он часто ходил один, быстро, не задерживаясь ни с кем из встречавшихся на дороге знакомых,.. Ещё
|
|
|
Летом мы стали встречаться и разговаривать чаще. Александр Трифонович еще не чувствовал во мне полного единомышленника, хотя я был именно таковым, привычная настороженность и какие-то старые недоразумения еще давали о себе знать, но доверие росло, правда, медленно... Ещё
|
|
|
Свободное копирование
