|
Мои "Свободные размышления" вошли в число победителей на открытом конкурсе "Гуманитарное образование в высшей школе" и были изданы небольшим тиражом в январе 94 года. Книга не продавалась (на ней стоит гриф "бесплатно") и судьба тиража мне неизвестна... Ещё
|
|
|
Мысль о том, что однажды я, может быть, напишу эту книгу появилась у меня более 50 лет тому назад - в июне 1942 года. Мы только что выбрались из нелепой ловушки, откуда, как вскоре поняли - могли бы вообще не выбраться... Ещё
|
|
|
Я начал повествование с того, что вспомнил о куске мерзлой глины, который повредив мой позвоночник, вероятнее всего, спас мне жизнь, ибо испытывать судьбу заднего стрелка на "ИЛЕ" никому долго не удавалось. Произошло, казалось, несчастье, а обернулось оно возможностью прожить долгую жизнь... Ещё
|
|
|
В 55 году я был назначен деканом аэромеханического факультета Московского Физико-технического института. На этом факультете готовили специалистов для работы в аэрокосмической промышленности. Выпускники нашего факультета шли в самые престижные и самые закрытые конструкторские бюро... Ещё
|
|
|
Но последняя из историй, которая могла полностью исковеркать мою жизнь произошла уже на грани 50-х годов. Моя мачеха, которая уже более четверти века работала учительницей младших классов сходненской школы, неожиданно была арестована по статье 58... Ещё
|
|
|
У каждого человека бывали некоторые периоды жизни, которые он выделяет из других, считая их более счастливыми, которые он чаще вспоминает. Особенно наедине с самим собой и особенно в тяжелые минуты, когда он стремиться в воспоминаниях о прошлом найти опору в настоящем... Ещё
|
|
|
Первые годы моей жизни были очень трудными для моих родителей. В 18-ом году отца уволили из Университета, где он тогда работал, и семья осталась без всяких средств к существованию. Выручил один наш родственник, предложивший отцу работу в деревне... Ещё
|
|
|
Если жизнь на Мологе оставила в памяти лишь какие-то туманные картинки, то обратную дорогу в Москву я помню уже очень хорошо. Путь от Максатихи до Москвы занял у нас целую неделю. Ехали мы в переполненном товарном вагоне, который, почему-то называли теляьчим... Ещё
|
|
|
Сходня - самое дорогое для меня место на Земле и время, там прожитое - самое счастливое в моей жизни, хотя трудностей и горестей в той сходненской жизни было больше чем, достаточно. Но, может быть, именно это сочетание и было тем дорогим, что жило о мне всю жизнь. Итак, гражданская война позади... Ещё
|
|
|
И вот однажды на запасных путях станции Сходня, в одном из тупичков появился вагон от бронепоезда, в котором приехал дед со своей семьей. Внутри вагона была настоящая квартира, такая в какой он жил последние два года - просто ее подцепили к поезду, который шел в Москву... Ещё
|
|
|
Каждое утро мой отец и дед выходили из дома в 8 утра, шли не торопясь на станцию и ехали на работу (дед всегда говорил - на службу) одним и тем-же поездом 8 -15. Тогда по Октябрьской дороге ходили паровички. Но путь до Москвы занимал только 40 минут. Это быстрее, чем теперь ходят электрички... Ещё
|
|
|
К нам любили приходить гости. Но визиты были совершенно не в современном стиле. Приходили просто так, на огонек. Как то само собой сложилось, что у нас образовался "приемный день". Это была суббота. После работы - в субботу она кончалась на два часа раньше... Ещё
|
|
|
Из разговоров деда и отца я понимал, что в те благословенные годы позднего НЭПа все постепенно стабилизируется, Россия снова становится державой, с которой начинают считаться. И этому все радовались. Только вот, по-прежнему, большевички в косоворотках постоянно делают глупости. Но они быстро учатся. Ещё
|
|
|
Я много гулял с отцом, и он мне с видимым удовольствием рассказывал что-нибудь из истории или о книгах, которые мне следовало прочесть. Я помню, как за несколько прогулок он рассказал мне всю историю пунических воин и Ганнибал на долго сделался моим любимым героем... Ещё
|
|
|
Но постепенно разговоры начали менять свой характер. Несмотря на кажущееся нэповское благополучие в атмосфере появилось нечто тревожное. Начались "чистки". Людей увольняли с работы, и они стали отъезжать за границу. И правительство особенно не препятствовало эмиграции интеллигенции... Ещё
|
|
|
Другой, очень радостный период моей жизни, начался после переезда в Ростов-на-Дону. Он открылся неожиданно после всех страшных передряг, горя и опасностей, которые свалились на меня зимой 49-50-го года. Неожиданно пришло счастье - я к нему никак не был готов... Ещё
|
|
|
Я никогда не забуду, как в памятный день марта 53-го года я вернулся домой и застал всех трех обитательниц нашей квартиры на кухне - они дружно ревели. Я же шел домой в приподнятом настроении и размышлял: вот теперь, наверное, мою мачеху скоро вернут в Москву, а меня перестанут подвергать остракизму Ещё
|
|
|
Мое отношение к Сталину было однозначным и выработалось еще в детстве, в семье - ее бедами. Отец их связывал со Сталиным и его стремлением утвердится единовластным, монархоподобным, как он говорил, хозяином страны... Ещё
|
|
|
Вот мы и стали жить в двух наших роскошных комнатах в самом центре Ростова. Но жизнь сначала была очень скудной - денег катастрофически нехватало - я получал оклад ассистента. Думаю, что уровень жизни был примерно таким же как у меня сейчас, то есть как у нормального научного сотрудника... Ещё
|
|
|
В Ростове мне, северянину недоставало зимы. Но зато весна там бывала ранняя и какая-то захватывающая. Однажды у нас был московский гость, мы сидели долго и уже ночью пошли с женой его провожать в гостиницу. Возвращались обратно по пушкинскому бульвару. Было какое-то весеннее неистовство... Ещё
|
|
|
Свободное копирование
