16 июля. Усолье.
Погода изменилась. Холодный ветер то с быстрым и холодным дождём, то с солнцем. Дома завернул образцы для шлифов, привезённые из Отважного, подготовился к отъезду. Осталось только поговорить с Сазоновым. Завтра приедет комиссия треста по закладке скважины. Уеду ли я 18-го? Уже давно нет письма от Варюши. Опять сердце болезненно ноет, тоскует. Почему нет письма?
Поздно вечером, когда я остался один с Сазоновым, состоялся разговор о моём отъезде в Москву. Я сказал, что заболела моя хорошая знакомая и что надо везти образцы на шлифы. Сазонов хотел отпустить с 1-го августа, но я настоял на 18 июля, говоря о серьёзности и неотложности поездки. Значит, я еду в Москву, значит, через несколько дней я буду с Варюшей. Я прыгал от радости, когда вышел от Тихона, сердце радостно колотилось.
Составил план: 18-го с рассветом выезжаю на пароходе в Куйбышев. Там сажусь на самолёт и в 10 часов вечера 18-го июля буду уже в Москве. Поэтому никакого лишнего груза брать нельзя, предельный груз — пять килограммов.
Свободное копирование
