Дневниковые записи Михаила Субботы - 716

30 июня. Усолье.
Сегодня обследовал Гришкин овраг. Отвёз рабочих и поставил их рыть шурфы на Караульной горе. Исключительно жаркий день, здорово изнуряет. В садах поспевает вишня. На обратной дороге при спуске к речушке неожиданно отлетела оглобля, и нашу телегу чуть не разбило, хорошо, что склон был не длинный, и один рабочий успел остановить лошадь.
      
Сегодня я с полной уверенностью ожидал письмо от Варюши, и опять не получил. Значит, на моё письмо от 22 июня она не ответила. Не мог ждать дальше и написал ей письмо. Она мне перед отъездом говорила, что она чересчур много любит: «Много любишь — избалуешь». Я ей ещё тогда хотел сказать, что это я её слишком сильно люблю и поэтому она недооценивает мою любовь. Сегодня я ей это написал. А потом сказал словами Алексея Толстого: 

                Когда кругом безмолвен лес дремучий
                И вечер тих;
                Когда невольно просится певучий
                Из сердца стих;
                Когда упрёк мне шепчет шелест нивы
                Иль шум дерев;
                Когда кипит во мне нетерпеливо
                Правдивый гнев;
                Когда вся жизнь моя покрыта тьмою
                Тяжёлых туч;
                Когда вдали мелькнёт передо мною
                Надежды луч;
                Средь суеты мирского развлеченья,
                Среди забот,
                Моя душа в надежде и сомненье
                Тебя зовёт;
                И трудно мне умом понять разлуку,
                Ты так близка,
                И хочет сжать твою родную руку
                Моя рука.

     
Тоска невероятная. Работа её не заглушает, тоска мешает работе — какое-то унылое и приговорённое состояние.
     
Кончается июнь. Завтра Сазонов поедет в Шигоны в банк за деньгами, Салтыков — за семьёй. Поэтому весь вечер сидели за составлением ведомостей, отчётов и т. п. 
     
Неожиданно выяснилось, что Салтыков не может работать с разбитым  кипрегелем (после аварии с телегой), поэтому кому-нибудь надо ехать в Куйбышев за новым прибором. Сазонов хотел послать Козленко, но я выразил своё желание ехать в Куйбышев. Этим я преследовал две цели: во-первых, в дороге очень много забот и новых впечатлений и немного забываешься, меньше думаешь о своих переживаниях, а во-вторых, хочу разведать ближайший путь на Куйбышев через Климовку по Волге, а в Куйбышеве в аэропорту узнать расписание самолётов в Москву, стоимость. Всё это на случай поездки в Москву, если с Варюшкой дело уладится. Если нет, в Москву я не поеду, там мне делать будет нечего.