2 июня 1938 года. Куйбышев.
Утром встал с головной болью. Ломит кости, насморк... по-видимому, вчера мокрого от пота (пил горячий чай) продуло на сильном сквозняке у окна.
С Козленко делал некоторые покупки. Еле передвигаю ноги по раскалённому тротуару. Сазонов опять переносит отъезд. Говорит, что едем 4-го июня утром. Сазонов показывает своё лицо. Мелкий человечишка, думающий только о своих удовольствиях. Эти сильно расстроило меня, к тому же к вечеру стал чувствовать ещё хуже. К тому же прибавилась какая-то глубокая невыносимая тоска по Варюше, какая-то невыразимая тревога... Решил зайти на почту, хоть уж и потерял всякую надежду получить от неё письмо. Но... письмо получил! Не буду передавать мою радость — это просто невозможно передать.
Варюша пишет, что психологию сдала не «отлично». Письмо хорошее, именно такое, какое я хотел бы от неё получать всё время. Я глубоко почувствовал, что без Варюши жить уже не могу. От радости я забыл о своей болезни. Хоть и разрывается голова от боли, но чувствуется, что Варюшино письмо меня наполовину вылечило. А если бы она была сама здесь... я бы за это всё отдал.
Решил поехать на вокзал, чтобы на всякий случай узнать расписание поездов на Москву. Варюша пишет, чтобы я приезжал не через два месяца, а через полтора. Я так и сделаю, тем более, Сазонов нас здесь задерживает и не имеет морального права не отпустить в Москву. Узнал: за сутки в сторону Москвы идёт семь поездов.
Затем поехал в ЦПКиО слушать соловьёв, подальше от людей, и писать письмо Варюшечке, разговаривать с её душой. Но хватит, а то я занялся своими переживаниями, а не путевыми заметками.
Свободное копирование
