При всем уважении к Таирову и Коонен, я не принимал их спектакля, несмотря на отдельные талантливо сыгранные сцены и найденную режиссером непрерывность и динамичность развивающегося на протяжении многих картин действия.
Я видел Эмму обыкновенной женщиной, душевно чистой и порядочной, воспитанной несколько сентиментально-романтически, жаждущей большой, «идеальной», всепоглощающей любви и не находящей ее у своего мужа, заурядного человека, не обладающего теми идеальными качествами и талантами, которые Эмме хотелось видеть в ее «герое». Она тяготится неосуществимостью мечтаний, тихо грустит по поводу той участи, которую уготовила ей судьба. Конечно, по своему духовному уровню она выше окружающей ее обывательской среды провинциального городка. Но она никак не является какой-то героиней, женщиной, обладающей какими-то необыкновенными талантами, непокорно рвущейся в свет, к выявлению своей необыкновенной личности. А именно такой необыкновенной, выдающейся личностью играла ее Коонен.
Сентиментальное воспитание, невыносимая провинциальная скука, безделье, тяга к «красивой» жизни, независимо от содержательности или пустоты такой жизни, толкают ее — скромную, по существу, и безвольную — на целый ряд поступков, приводящих к тому запутанному клубку противоречий, из которого можно вырваться только смертью, и только смертью очистить себя от лжи, обманов, заменивших «идеальную любовь», разврата, предательства, словом, от всей той паутины, в которую она попала. Тут только она становится героиней, для которой ее протест против такой жизни превыше всего; она не думает о судьбе мужа, боготворящего ее, о судьбе дочери. Виновниками ее трагедии явились не только люди, окружавшие и обманывавшие ее, но и она сама. И чем она будет простодушнее, обыкновеннее, наивнее и чище, тем сильнее в конце концов прозвучит трагический конец, тем больше простится ей измена своему долгу и недооценка любви боготворящего ее Шарля Бовари.
Свободное копирование
