21/XI
Большой зал Консерватории.
Трагическая поэма «Отелло» с симфоническим оркестром и хором.
Трагическую поэму назвали театром одного актера. Говорят, что главным действующим лицом получился актер.
Вел я себя на сцене собранно и уверенно. Было заволновался вначале, а потом убедил себя, что волноваться мне нечего и волнение — рефлекс. К концу зрительный зал плакал вместе со мною (я видел мелькающие платки и руки у глаз).
Приняли хорошо, горячо. Слушали предельно внимательно, и оркестр жил со мной одной жизнью.
[…] Завадский долго стоял в стороне, потом подошел. Лица перевернутое, слезы на глазах: «Это очень крупно, Коля. Как интересно ты решил Яго. Надо бы играть его. Так делали великие трагики».
— Я с Денисовым[1] в Ростове так и договорился, но… жизнь предложила свое.
— Не жалко роли Отелло?
— Конечно, жалко, но что я мог сделать?
Сегодня настоящая победа, мне чрезвычайно дорогая.
Свободное копирование
