(167) 7 сент. (…) Новый начальник Госкино Ермаш, мелкий, неумный человек, держится диктаторски и при каждом случае заявляет, что он послан партией. Будто бы он дал указание не допускать более к производству пятерых стариков: Александрова, А. Роома, Рошаля, Дзигана и М. Донского. В кино говорят: «Та кого еще не было». Нет, было и такое, и хуже, но удивительно нежелание учиться на опыте прежних ошибок. Везде разгул бюрократии. (…) Скоропостижно умер Иван Куприянов, плохой драматург, но как-то ставивший свои пьески с помощью протекции и коррупции. Он был замешан в организацию тайной бордели для «банды», но при расследовании всех прикрыл и что-то взял на себя, за что его отблагодарили. Со мной почему-то всегда здоровался искательно: кажется, он, когда «начинал», — ходил ко мне на улицу Грицевец за консультацией. (…) Сейчас «Г. А.» передавал сообщение со славистского конгресса в Канаде, где выступал А. Л. Дымшиц и говорил о Мандельштаме и о мемуарах Н. Я. Мандельштам, которые назвал полными сплетен и сказал, что «она не доросла до понимания стихов своего мужа». К сожалению, я включил радио [поздно].
Свободное копирование
