Дневник. 1972 - 87

[1] Сорт трубочного табака советского периода.

[2] То же рассуждение и в записи за 3 декабря, которая на самом деле была — 3 января 1972 (см. ранее); во всяком случае, АКГ возвращается к нему не первый раз. Постоянная и больная для него тема. Ср. у Левицкого (10 июля, с. 276–277: «Допытывался у меня, чем объяснить, что четыре товарища, которые когда-то не могли и дня обойтись друг без друга, живут в одном городе и не испытывают ни малейшей потребности видеться. Я сказал, что надо, наверно, выяснить, на чем держались отношения и что связывало Гладкова с Арбузовым, Штоком, Плучеком. Скорее всего, основа содружества была шаткой. Гладков сказал, что такое объяснение слишком поверхност­но. (…) Рассуждали о проблеме выбора. Держа в уме Арбузова, с которым молчаливо ведет нескончаемый спор, Гладков считает, что ни перед каким выбором человек не стоит. Разве, говорит он, перед Пастернаком был выбор? Он проявлял органические свойства своей натуры, которые не мог не проявлять. Он поступал хорошо не в силу того, что выбирал между плохим и хорошим и остановился на последнем, а потому, что следовал своему влечению. А.К. сказал, что так было и с Христом. Я возражал. Сослался на ночь в Гефсиманском саду. (…)».

И тем не менее от поставленного Плучеком три года назад спектакля «Женитьба Фигаро» АКГ пришел в восторг и пропел своему другу юности настоящий дифирамб в письме (см. Загорянская, 29 июня 1969 г. // Г.М. Полтавская, Н.И. Пашкина. Валентин Плучек, или в поисках утраченного оптимизма. М. 2013, с. 213), а с Арбузовым попытки примирения, как будто, не увенчались успехом. Что с Галичем они уже давно рассорились, по не совсем ясным причинам, уже было сказано ранее.