1 сент. У Надежды Яковлевны. Она не то больная, не то раздраженная. <…>
Говорим о разном: о Солженицыне, о Шаламове, о стихах Максимова, о Коме Иванове. Он знает более 70 языков, а сама Н. Я. более 20.
У Н. Я снова народ и видимо лишний, от которого она устает. Некая Елена Алексеевна и какой-то Эдик.
<…> На последние деньги я купил бутылку вина и конфеты. Это было кстати.
Стало теплее, но все-таки это уже осень.
Думаю о Н. Я. Дело в том, что в ее жизни образовалась пустота, или как теперь принято говорить, вакуум. Рукописи О. Э. [Мандельштама] сбережены, собраны, изданы за рубежом и готовятся к изданию у нас. Написана замечательная книга о поэте и его времени. <…>
Человек она замечательный: умница, свежая голова, образована — за всю жизнь я наперечет встречал равных ей.