26 июля.
22 июля в Совете Министров у Л.В.Смирнова рассматривали программу полетов на кораблях "Союз", состав и подготовку экипажей, готовность кораблей и сроки пусков. Решили согласиться с предложением Госкомиссии и провести пуски в августе ("0"), сентябре ("0+1") и в ноябре ("1+3"). Состав экипажей утвержден таким, каким его предлагали ВВС. Вопрос об участии в полете Феоктистова пока снят. Приняли решение о строительстве еще четырех-шести кораблей "Союз".
В тот же день и тем же составом (Смирнов, Пашков, Титов, Строев, Дементьев, Строганов, Захаров, Савинкин, Керимов, Бушуев, Кутахов, Пстыго, Мишук, Еремин и другие) рассмотрели проект решения по катастрофе Гагарина. О причине катастрофы в проекте было написано: "Вероятной причиной катастрофы является выполнение резкого маневра (для предотвращения входа в верхний край первого слоя облачности, отворота от шара-зонда или порыва вертикального потока воздуха или временной потери работоспособности) с последующим попаданием самолета в закритические режимы полета в усложненных метеоусловиях".
Я выступил против "резкого маневра" и многих "или". Подобная формулировка причин происшествия противоречит фактам и обстановке полета и позорит честь погибших. В защиту "резкого маневра" немедленно выступил сам Смирнов, в доказательство которого он привел... случай автомобильного происшествия: "Шоферы были опытные, машины исправные, а столкнулись..." Смирнов не летчик, и ему можно простить пробелы в авиационных знаниях. Но генералам ВВС Кутахову, Пстыго, Мишуку и Еремину нельзя приписать слабые знания авиационных законов - их согласие с "резким маневром" можно объяснить только нежеланием спорить с начальством. Короче, все высказались за "резкий маневр". Правда, по моему настоянию убрали слова о вертикальном потоке и временной потере работоспособности летчиками, как совершенно неуместные и необоснованные.
Окончательная формулировка выглядит так: "Вероятной причиной катастрофы является выполнение резкого маневра для предотвращения входа в верхний край первого слоя облачности или отворота от шара-зонда с последующим попаданием самолета в закритические режимы полета в усложненных метеоусловиях".
Все, кроме меня, согласились с этой формулировкой и подписали решение. Мне пришлось выступать пять раз по различным пунктам этого решения, но только в двух пунктах из пяти удалось отстоять приемлемые формулировки.
Космонавты Леонов, Попович и Быковский 24 июля были у секретаря ЦК Устинова и доложили ему, что "резкий маневр" высосан из пальца, что подобная формулировка порочит Гагарина и Серегина и далека от истинных причин происшествия. Устинов беседовал с космонавтами более часа и обещал еще раз внимательно изучить заключение о происшествии.
Свободное копирование
